Кротовник[ex fora-free.com]

Свободный форум обо всем на свете! © krot™
Текущее время: 19 фев 2018, 12:29

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 2 ] 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: 300 миллионов шагов
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 июл 2015, 10:29 
Не в сети
востоковед

Зарегистрирован: 27 ноя 2012, 13:53
Был на форуме: 12 фев 2016, 18:28
Сообщения: 28162
Откуда: Москва
“Настоящий путешественник не имеет конкретных планов и конечных целей”
Лау Цу
Пролог
…Гуляющий по ущельям ветер засвистел и заулюлюкал, когда на вершине горы появилась маленькая фигурка в шафрановой рясе. Преодолевая сопротивление стихии, человек решительно направился к краю площадки и усевшись на камни около обрыва, прикрыл глаза, настраиваясь на медитацию. Ждать оставалось совсем немного.
Глава 1
- Вызывали, Алексей Семенович? – полковник Волков подошел к столу начальника Управления и внимательно посмотрел на руководство.
- А, Сергей Петрович! Заходи, дорогой, присаживайся, разговор есть .
- Слушаю вас…
- Читал? – генерал брезгливо поморщась перекинул Волкову свежий номер «Вашингтон пост».
- Вы о высадке американцев на Луну? Да, конечно, причем отнюдь не из газет, а…
- Бред! – Молчанов хлопнул ладонью по столу и поднялся из кресла. – Не было никого полета! Снимали в павильоне, видел как флаг на пленке развивается, что то не слышал я о лунных ветрах, там вроде и атмосферы то нет.. Да и скафандры раздувающиеся тоже не лучше…
- Но позвольте, Алексей Семенович! Если все это блеф, то почему же мы молчим тогда? Надо выступить с заявлением к мировому сообществу…
- Ты полковник не лезь не в свое дело…Там, - генерал кивнул в сторону Кремля, - тоже не совсем дураки сидят… Про американские поставки зерна по ценам вдвое ниже обычных долгосрочно заключенные не слышал? То то… Мало кто знает, а в стране сейчас с урожаем полная жопа. Плата за молчание так сказать. Но я тебя Сергей не за этим сюда вызвал, чтоб дела высокой политики обсуждать, мы с тобой по другому профилю работаем, так что вот и займись своей работой. - Молчанов подошел к сейфу и вытащил из него папку.
- Буддизмом не увлекался никогда?
- Помилуйте, Алексей Семенович – Волков развел руками от неожиданности
- Правильно, я так и думал, а придется плотно изучать. Про «Путь трехсот миллионов шагов» слышал? Вот, изучи – генерал пододвинул Волкову папку.
- Вижу удивлен ты Сережа, но нам нужен адекватный ответ на «Аполлоны», а наша Н1 уже несколько раз взрывалась на старте, не отладят ее все наши умники. В такой ситуации мы не должны брезговать никакими зацепками, вот ты и проверишь. Пригласите Найденова – сказал генерал в селектор. Дверь открылась и в кабинет зашел человек при виде которого Волков невольно вспомнил растиражированный образ деятеля науки немного не от мира сего, чей растрепанный вид и несколько ошалелый взгляд вызывают сочувственную улыбку окружающих.
- Вот, познакомьтесь, это Кирилл Александрович Найденов, старший научный сотрудник института востоковедения, специализируется конкретно на интересующей нас тематике. Кирилл Александрович, это полковник Волков, вам предстоит с ним работать в дальнейшем. – Мужчины пожали друг другу руки и Волков внимательно стал изучать своего визави, чем немедленно ввел его в замешательство.
- Да я, собственно, и не знаю чем вам так помочь… Все же древнекитайские трактаты имеют по моему, мало ценности для вашей, гм, организации…
- Имеют, имеют! Нашу контору вообще очень многое интересует. Вот введите Сергея Петровича в курс дела, к тому же наш доморощенный гений Коротков из , гм, подшефного института имеет собственное мнение по поводу нашей проблемы. К сожалению, он сейчас отсутствует в Москве, поехал на какую то конференцию, но завтра он уже приедет и вы начнете плотно заниматься этим проектом. – Молчанов встал, давая намек на окончание беседы.
- Предлагаю пройти ко мне в кабинет и поговорить более подробно обо всем – Волков приглашающе протянул руку.
- Хорошо, пойдемте.. Но все же право, я несколько удивлен столь большому интересу к китайской метафизике…
- И все же давайте поговорим с вами о бодхисатвах и правильном произношении звука «Ом»
- О! Да я смотрю вы наслышаны о буддизме? – Волков, который все произнесенные им термины почерпнул из брошюрки по курсу научного атеизма, неопределенно двинул плечами и открыл дверь в кабинет.
- Располагайтесь. Сейчас я попрошу принести нам чая.
- Понимаете – Игнорируя указанный полковником стул, Найденов в возбуждении заметался по комнате – Я востоковед, точнее китаевед, причем довольно узкой специализации и мне совершенно непонятно чем я могу вам помочь…
- Вы слышали о «Пути трехсот миллионов шагов» перебил его Волков вспомнив произнесенный генералом термин.
- Найденов перестал метаться и внимательно посмотрел на собеседника. – Ах вот оно значит что… В свете последних американских космических проектов, так сказать… Пройти по пути праведника, чтобы построить коммунизм вне Земли.. Ага..
- Что и где будут строить не наше с вами дело. Лучше расскажите подробней о том, что вы знаете.
- Да вы все сумасшедшие! Вы хоть понимаете, что это всего лишь легенда?! Поэтическое описание пути достижения просветления! И неважно как и что называется, это же метафора! – Найденов в запальчивости опять вскочил со стула, по-видимому решив продолжить свой променад по кабинету.
- И все же, Кирилл Александрович, я вас прошу, расскажите.
- Ну хорошо, хорошо… - Китаевед устало сел на стул и закурил папиросу.
- Существует древняя китайская поэма о пути достижения полного просветления… Если изложить ее смысл сжато, то человек окончательно порвавший со всеми низменными проблемами нашего мира и готовящийся стать Буддой, уходит по этому самому треклятому пути в страну Юэ, вернее не совсем страну, а некое место, локацию вне времени и пространства, понимаете?
- В общих чертах, но один вопрос: причем тут Луна?
- Ха, «Юэ» и есть Луна по-китайски. Но дело то в том, что это некая аллегория не связанная с небесным телом, это нечто не связанное с Землей, отвлеченное и возвышенное… Дело в том, что понимаете, в определенный момент, древнекитайские верования смешались с буддийской традицией, отсюда и пошли заимствования и пересечения. Лично я считаю, что в этой поэме есть прямое пересечение и с легендой о лунном зайце Юэ-Ту, толкущем в своей ступке порошок бессмертия и сказаниями о лунной феи Чанъэ из женского любопытства похитившей у мужа и принявшей пилюли бессмертия. Наказанием для Чанъэ, теперь бессмертной, стала бессрочная ссылка на Луну…
- Постойте! – Волков поднял руку прерывая экскурс в китайскую мифологию. – Давайте вернемся к интересующей нас поэме. Значит вы говорите, что некие люди могли совершать путешествия на Луну, используя для этого силу своего духа, да?
- Да нет же, черт возьми! Вы все упрощаете! Дело совершенно не в этом! Поймите, вы пытаетесь своим аршином померить то, о чем не имеете ни малейшего представления! Все обстоит совершенно не так!
- Хорошо, хорошо, тогда объясните как все обстоит на самом деле, и учтите, завтра мы встречаемся с доктором Коротковым, а у него, как вы слышали, свое мнение по этому поводу.
- Не знаю какое мнение может быть у физика по поводу древнекитайского трактата – Найденов озабочено покачал головой.
Глава 2
- Все очень просто! – доктор Коротков являл собой полную противоположность растерзанному Найденову и сейчас, принимая гостей в своей новенькой сверкающей никелированными приборами неизвестного для профана назначения, был одет в безупречную черную тройку, небрежно развалившись в кресле и попыхивая гаванской сигарой. – Все очень просто! – повторил он – Я в некотором роде тоже интересуюсь буддизмом, в силу, хм, изучаемой в нашем институте темы. Дело в том, товарищи, что чего бы там не говорили наши проповедники атеизма, ездящие по городам и весям Союза со своими лекциями, но такие понятия как «душа», «ментальная энергия», «дар божий», наконец, действительно имеют право на существования и с точки зрения высокой науки. Да да, Сергей Петрович, не кривитесь, никакой крамолы и религиозной пропаганды я не веду, а чтобы доказать вам свою правоту, пожалуйте сюда – Коротков жестом предложил Волкову подойти к некому аппарату состоящему из металлического круга на полу и обмотки проводов над головой. – Прошу вас – физик указал на круг – встаньте на него, ну а теперь посмотрите вот сюда, видите отклонение вот этих стрелок? - Он указал рукой на ряд циферблатов расположенных перед ним, - их отклонение и есть сила вашего энергетического поля, слабое оно у вас Сергей Петрович, если честно, вот на прошлой недели нам из Владимирской области бабушку, знахарку местную привозили, людей руками лечила, так у нее зашкаливало.
Это, товарищи и есть то, что обычно предпочитают именовать «биополем». Теперь возвращаясь к нашему трактату. Я прочел пересланный мне перевод, любезно сделанный Кириллом Александровичем, Коротков кивнул в сторону нахохлившегося сразу Найденова и готов высказать рабочую гипотезу, что события и действия там описанные имеют рациональное зерно, в конце концов, у нас Библию тоже долго считали просто сборником религиозных предрассудков, а сейчас ее активно используют для изучения истории древнего Ближнего Востока. В силу исследований, которые я провожу и о которых по понятным причинам не могу вам рассказать, я очень удивился, когда в описании методики прохождения по Пути обнаружил очень много того, что было подтверждено нами экспериментально здесь, в институте. Поэтому я вполне допускаю реальность реализации такой переброски при определенном раскладе. Естественно при нынешнем уровне финансирования…- Коротков развел руками – но, я так понимаю цель для страны архиважнейшая, тут уж скупится грех- он заговорщицки подмигнул Волкову. – Кстати, один немаловажный момент – Если перевести триста миллионов шагов в современные меры измерения, это будет практически идеально согласовываться с расстоянием от Земли до Луны… Но это так, к сведению…
- Хорошо, Василий Дмитриевич, откровенно говоря, я рад, что вы не разделяете пессимизм Кирилла Александровича к этой затеи, но тогда не совсем понятно какая вам польза от нас? Раз вы уверены в своей правоте и цель ясна, то вперед, работайте, зачем нужна помощь востоковеда и сотрудника органов госбезопасности? – Коротков медленно затушил в пепельнице окурок сигары и задумчиво уставился в потолок, молчав более минуты.
- Видите ли… Тут как в этом анекдотическом случаи с журналами типа «Сделай сам» - «Чтобы создать простейшую ракету, возьмите немного пороха…» ну и так далее… И так понятно, что для этого нужно взрывчатое вещество, но разве так легко его приобрести обычному человеку? Вот также и тут. Да, я примерно представляю себе, ЧТО конкретно происходит с человеком использующим свое биополе для совершения действий могущих показаться обывателю нечто сверхъестественным, но я НЕ ЗНАЮ как он этого добивается, понимаете? Мне нужно знать принцип, по которому происходит подобное явление. Вот вы, Кирилл Александрович сейчас сидите и смотрите на меня недоверчиво, дескать, лезет со своей техникой в метафизику, ножом по тонкой душевной субстанции ведет, а между прочим, вся эта ваша метафизика довольно просто объясняется и предсказывается на уровне, скажем лептонов, создающих единое информационное поле. Все банально просто – то, чего тибетские бонзы добиваются нервным и физическим истощением, вкупе с медитацией, это ничто иное как стимулирование отдельных участков мозга на усиление биополя со всеми вытекающими процессами, мы, уже сейчас, можем добиться того же самого бомбардируя эти участки тонким лучом определенных микрочастиц, главное тут выяснить, что именно надо стимулировать и в какой дозе, вот именно для этого мне и нужна ваша помощь, мне нужен хотя бы один буддийский монах, которой следует по Пути, товарищи! Теперь вам ясно?
- Иными словами вы хотите чтобы мы с товарищем полковником съездили в Китай и привезли вам на блюдечке этого самого монаха?- саркастически спросил Найденов
- Отнюдь, я прекрасно понимаю, что это навряд ли бы дало нужный результат, я отдаю себе отчет, что даже если предположить, что вы этого монаха мне и привезете, навряд ли он захочет делится со мной своими секретами.
- Что же вы тогда предлагаете? – спросил Волков
- Экспедиция. Естественно не в явном виде, а под прикрытием какой-нибудь благовидной цели, скажем, сбор этнографической информации о китайской глубинки, от Академии Наук, вы же можете это устроить. Сергей Петрович? – Волков в задумчивости покивал головой
- Да да, конечно… Теперь я вас понимаю… Некий такой камуфляж, дабы никто не догадался об истинной цели… Это хорошее предложение…
- Товарищи, опомнитесь! Вы несете полнейший бред! – Найденов вскочил со стула и в запальчивости начал бегать по комнате- Вы хоть понимаете, ЧТО вы несете?! Хорошо, допустим вы нашли искомого монаха, хорошо, допустим, он даже, что было бы чудом, согласился с вами поговорить. Но неужели вы думаете, что он будет рассказывать вам, о самом сокровенном. Что у него есть?! Это полнейшая ерунда!
- А вот о том, чтобы он нам это все рассказал вы, Кирилл Александрович и позаботитесь. На то мы вас и включаем в экспедицию.
- Меня? В экспедицию? Но позвольте… - Найденов был явно ошарашен
- Да да, именно вас, не врите только себе, Кирилл Александрович, ведь вы же всегда хотели побывать там, про что столько читали и писали не так ли? – Лицо Найденова мгновенно дало Волкову ответ, что он попал в нужную точку, и осталось лишь чуть-чуть додавить сопротивление. - Подумайте, какую статью вы сможете написать по интересующей вас теме, если поговорите лично с ее адептом? Неужели в вас не осталось ни капли научного самолюбия?
- Пожалуй вы правы… Да, да… Такой шанс…Но у меня к вам есть маленькая просьба…
- Слушаю вас.
- У меня есть 2 аспиранта, пишут как раз на тему китайской этнографии… Позвольте их взять с собой? Это такой шанс для ребят!
- Несомненно, дорогой Кирилл Александрович! Несомненно – Волков с трудом сдерживал улыбку – в конце концов мы же поедем под легендой этнографической экспедиции, не хотелось бы опозорится перед китайцами. Вот ваши ребятки нам и помогут
- Спасибо! Спасибо вам огромное!
- Пустяки! Теперь немного конкретики: Итак, Василий Дмитриевич, сколько людей вам нужно взять с собой?
- Дайте подумать, хм…. Ну я, два моих лаборанта и ассистент.
- Замечательно! Итого четыре человека, плюс Кирилл Александрович и двое будущих этнографов, семь, я восьмой и восемь человек из спецподразделения в качестве охраны. Итого : шестнадцать. Хм, многовато, конечно, но это минимум. Кстати, а куда конкретно мы едем в Китае?
- Традиция связывает появление «Пути» с Небесными горами, Тянь Шанем…
- Хм, насколько я понимаю это Синьцзян-Уйгурский автономный район? Там до сих пор постреливают уйгурские сепаратисты, за которыми гоняется доблестная Народная армия, тогда тем более охрана нам просто необходима. Что ж. товарищи, раз мы обсудили все организационные моменты, то тогда предлагаю вам готовится, в ближайшее время я извещу вас о времени начала нашей экспедиции.
- Разрешите, Алексей Семенович?
- Заходи, заходи, Сергей Петрович. – генерал стоял у окна и смотрел на пустынную в это позднее время площадь Дзержинского.
- Все готово. Мы выезжаем по линии Академии наук, якобы для изучения культурного наследия уйгуров, и поиска присутствия там памятников каракитайской культуры. – Волков ухмыльнулся – Послезавтра мы вылетаем рейсом Москва-Пекин, от туда внутренним транспортом до Урумчи и от него уже поедем на машинах до отрогов Тянь Шаня, там, по видимому наши ученые мужи и начнут свои поиски.
- Хорошо, вот, возьми – Молчанов не оборачиваясь показал на лежащую на столе папку. – Это список уйгурских сепаратистов, мы подкармливаем их на случай возможных осложнений с Китаем, они помогут тебе достать оружие для группы, да и вообще, среди них есть довольно полезные люди, хотя доверять им полностью я бы не стал, хрен знает, что творится в мозгах у этих азиатов, сегодня они кормятся с нашей руки, а завтра эту же руку и тяпнут. Ой, намучаемся мы еще с ними! Уставив взгляд на Штаты совершенно не замечаем восточного тигра вырастающего в нашем подбрюшье. – генерал покачал головой – Береги себя, Сережа! Ты у меня лучший, тебе как себе самому доверяю, потому и посылаю тебя, а не скажем, Краснова, хотя энергии у него побольше будет - Алексей Семенович усмехнулся. – Все, иди и помни: от успеха или провала этого мероприятия зависит гораздо большее нежели твоя или моя карьера, ступай!
***
Все восемь часов полета до Пекина Волков дремал у себя в кресле, прикидывая возможные варианты маршрута – всю последнюю неделю он провел изучая подробнейшую карту района предполагаемых поисков, фотографии, видеоматериалы и описания быта и особенностей местного населения до тех пор, пока ему не стало казаться, что он уже сам неоднократно бывал во всех этих богом забытых Карамаях Турфанах и Хами. Найденов в окружении двух своих аспирантов с увлечением спорил, бешено листая увесистый том , название которого, в силу огромной амплитуды колебаний его в руках ученого прочитать не представлялось возможным. Под стать руководителю были и аспиранты, Волков вообще глядел на всю троицу с большим сомнением, уже в Москве предполагая, что при горных переходах они станут несомненной обузой.
Зато порадовал Коротков. Василий Дмитриевич оказался завзятым альпинистом и вез в своем багаже целый ворох разного рода приспособлений, всю дорогу громко рассуждая с лаборантами о том, что если представится возможность, он обязательно осуществит восхождение на знаменитый Хан Тенгри, и обязательно попросит начальника группы (кивок в сторону Волкова) возвратится обратно в СССР через горную границу, дабы осуществить мечту всей своей жизни. Самым неожиданным сюрпризом для полковника стало присутствие в группе женщины. Полечка (или Полина Алексеевна Морозова, ассистент доктора Короткова, как она представилась), маленькое и воздушное создание, преданно смотрящая все время в рот своему шефу, сразу же понравилась Волкову и он вполне понимал парней из спецподразделения (а официально сотрудников отдела изучения древних культур Центральной Азии) всеми силами пытавшихся привлечь к себе ее внимание.
Только при посадке в пекинском аэропорту «Шоуду» Волков наконец таки открыл глаза и, обведя взглядом свою группу, позволил себе на время отвлечься от забот связанных с обеспечением безопасности, что бы посмотреть сверху на столицу Поднебесной.
Однако города им увидеть так и не удалось, сразу на вокзале их встретили и препроводили в миниавтобус с дипломатическими номерами, который отвез их прямо в посольство, где Волков и получил последние инструкции от невзрачного, но тем не менее решающего практически все вопросы в посольстве Олега Павловича Боброва, второго советника посольства и по совместительству резидента конторы. Находясь в обшитой звукоизоляцией и нашпигованной всевозможными глушилками комнате в самом центре посольства, они обсуждали последние детали.
- Вы вылетаете завтра?
- Да, пожалуй мешкать совершенно не стоит, к тому же следующий рейс на Урумчи будет только через три дня, а я бы не хотел ежесекундно беспокоится за членов группы, что с ними чего то случится, а держать их 3 дня взаперти, это уж, увольте, тирания какая то… - Бобров улыбнулся
- Не сказал бы я , Сергей Петрович, что Пекин особо богат соблазнами, здесь знаете ли сейчас больше в моде минимализм, но в чем то вы правы. Чем быстрее вы выедет на место ВАШИХ РАБОТ – последние слова Бобров очень явно выделил – тем лучше будет для всех, в том числе и для меня. Вы не представляете какая суета поднялась из-за вашего приезда. Признайтесь, вы же геодезисты из Генерального штаба и едете в приграничный район, для того чтобы нанести наиболее удобные для наших танков места переправки через отроги Тянь Шаня? – Бобров громко захохотал собственной шутке. – Шучу, шучу, не обижайтесь, Сергей Петрович, уж кадрового чекиста от сапога я все же отличить смогу как-нибудь… Ладно, теперь к делу. Люди, перечисленные в вашем списке мне знакомы. Не стал бы им доверять как например вам, но во всем, что касается китайцев, а особенно в плане насолить им в чем то вы на них можете положится, это своего рода фанатики, мало того, что они совершенно непохожи на наших узкоглазых братьев внешне, будучи отнесенными к европеоидам, они еще и в большинстве своем правоверные мусульмане, а это, как вы понимаете, в Народной республике не приветствуется. В общем вот этот, Анар Жиба мне довольно хорошо известен… в плане покупки оружия для вашей группы и использования его в качестве проводника он вполне сгодится. Ну а если вы ему еще при этом намекнете , что вы геодезисты Генерального штаба… ха ха ха! Простите, право Сергей Петрович, великодушно! Не сдержался. В общем он вам поможет. Вы вообще об уйгурах то много знаете?
- Приходилось немного читать когда подготавливал экспедицию
- А зря, зря… Довольно занятное племя… Одно из древнейших в Восточном Туркестане, есть легенды, что даже великий Один приведший скандинавов на место их нынешнего обитания был уйгуром… Ну что ж, вам завтра рано вставать, не смею больше задерживать .- Бобров встал и протянул собеседнику руку – Смею вас заверить, наши люди будут следить за вами всю вашу дорогу до Урумчи, но далее начинается, скажем так, дикая территория и вам придется полагаться только на себя. – Волков пожал протянутую руку и не смог отказаться от ответной издевки
- Скажите, Олег Павлович, а как ваши люди собираются следить за нами до Урумчи, если мы летим на самолете? Они, что следом за самолетом побегут? – второй советник посольства озадаченно посмотрел на Волкова
- Если надо будет, то побегут, Сергей Петрович, вы уж не сомневайтесь…
Глава 4
Столица Синьцзян-Уйгурского автономного района, Урумчи встретил экспедицию ненастной погодой и грязноватыми улочками, которые начинались сразу за аэропортом, которым китайские власти пытались еще больше привязать враждебно настроенный район к метрополии.
Исполнявший кроме всего прочего и обязанности казначея группы Волков в течении минут пятнадцати договаривался через Найденова с предприимчивыми местными таксистами о цене за проезд до гостиницы. Сошлись на 200 юаней за четыре машины (как выяснилось позже, примерно в 3 раза выше обычной цены), которые и доставили через всеми силами старающийся европеизироваться двухсоттысячный город к гостинице в которой предупредительный Бобров еще накануне забронировал номера.
Воспользовавшись положением начальника группы Волков занял единственный одноместный номер, даже и не подумав, что для соблюдения приличий его стоило бы отдать Полечке и с наслаждением простояв минут 10 под душем, лег спать - завтра предстоял тяжелый день…
Однако сон не принес желанного отдыха – калейдоскопически сменяющиеся картины родной Москвы неожиданно затмило какое-то горное плато по которому брела одинокая фигура в длинном желтом одеянии. Ощущая стоящим себя на краю пропасти Волков со страхом ожидал когда фигура подойдет совсем близко. Когда стали различимы мелкие детали приближающегося человека, он попытался взглянуть в глаза идущего, но с удивлением отметил, что не может сконцентрировать внимание на его лице, постоянно соскальзывая взглядом на второстепенные детали. Человек подошел вплотную и протянул Волкову руку, однако вместо того, чтобы протянуть свою в ответ, полковник сделал шаг назад и, потеряв опору под ногами, начал падать в бездну, не теряя ощущения, что его недавний визави наблюдает за его полетом с вершины.
Обливаясь холодным потом, Волков проснулся. За окном занималась заря и он автоматически посмотрел на часы – пол шестого. До подъема было еще полтора часа, но спать не хотелось. Открыв окно Сергей Петрович закурил сигарету смотря на еще пустынные улицы самого удаленного от океана города мира. Древний Урумчи лежал перед ним не скрывая своих недостатков подобно Парижу и Риму, двух иностранных городов в которых довелось бывать Волкову за годы службы. Он не был похож на этих увядающих европейских красоток, пытающихся скрыть за фасадами фешенебельных отелей и офисов свое гнилое, разлагающееся нутро. Столица древней Джунгарии спешно по воле пекинских властей принимающая европеизированный облик, тем не менее больше чем на половину состояла из кварталов глинобитных трущоб, в которых и жили нынешние потомки саков и гуннов, перед которыми в свое время дрожала Европа и Азия. Выкинув окурок, Волков сел в кресло и открыв свой блокнот, еще раз проверил маршрут: Урумчи – Токсун – Ушкатал - Хотон-Сумбул, составленный вместе с Найденовым еще в Москве. Можно конечно было добираться в Тянь-Шань напрямую, но востоковед настоял именно на таком маршруте, во-первых, потому что столь прямой марш-бросок экспедиции в отдаленные и малонаселенные горные районы мог вызвать подозрение властей, а во-вторых, (и с этим Волков был абсолютно согласен) в экспедиции было слишком мало людей с опытом горных переходов, чтобы в открытую штурмовать отроги Тянь-Шаня.
Сегодня же предстояла встреча с уйгурским сепаратистом Анаром Жиба, который должен был обеспечить группу оружием и проводником, Волков, прекрасно понимая, что данный субъект вполне мог находится под пристальным наблюдением его китайских коллег, стал прикидывать, как бы ему не засветится в их поле зрения. Достав купленную в аэропорту карту Урумчи он сверился с адресом Жиба и обнаружил, что дом поборника уйгурской независимости находится практически рядом с Провинциальным музеем, что значительно упрощало дело. Решив, что далее он разберется на месте, прихватив с собой для надежности Найденова в качестве переводчика и гида, Волков отложил карту в сторону и уставившись на репродукцию картины с изображением Великого кормчего закурил следующую сигарету, убивая время до звонка будильника.
- Ну что, Кирилл Александрович, выспались?
- Ночь проведенная на земле Джунгарии определенно лучше нежели любая из тех которые я провел в душной и тесной Москве! – ученый явно преобразился попав в столь любимый им район планеты.
- Ну что ж, замечательно, тогда у меня к вам будет небольшое дело. Приводите себя в порядок и прошу ко мне в номер. – Волков развернулся и пошел обратно по коридору, внутренне отмечая для себя, что ночь которую провел Коротков в одном номере со своей милой ассистенткой, наверняка была не в пример содержательней и интересней, нежели чем у Найденова. Полковник сделал себе заметку о том, что с физиком обязательно надо провести беседу на тему морального облика советского ученого, причем сами вопросы морали его интересовали меньше всего, гораздо важнее, чтобы в будущем, когда экспедиция окажется в отдаление от обжитых мест, в коллективе не появилось яблоко раздора в лице Полечки. Вспоминая свои недавние приключения в джунглях Вьетнама, Волков невольно усмехнулся припомнив Хо Го Ши, с ее горящим взором и пятнадцатью зарубками на прикладе снайперской винтовке – по числу убитых американцев, в которой он даже и не замечал женщины до тех пор, пока одной ночью в палатку «товарисча Сергея» не проскользнуло ужом маленькое, но такое страстное и жадное до ласок тело…
Отогнав от себя вредные мысли, Волков зашел к себе в номер и уселся в ожидании ученого. Тот не преминул появится через 3 минуты.
- Итак, Сергей Петрович, что вы хотели?
- Дело в том, что мне надо здесь, в Урумчи, встретится с одним человеком. Скажем так, он нам должен помочь в материальном оснащении нашей группы, однако во-первых, я не знаю китайского, а во-вторых, и это гораздо важнее, я предполагаю, что за ним могут следить мои местные, гм, коллеги. Вы понимаете меня, Кирилл Александрович? – Найденов покивал головой
- Да, вполне. Что вы хотите от меня?
- Я знаю его адрес и также выяснил, что его дом находится рядом с местным Провинциальным музеем, что должно нам, этнографам значительно упростить дело. Откровенно говоря, я совершенно не в курсе нашего дальнейшего плана действий, как говорил Наполеон «Надо ввязаться в бой, а там видно будет», но ориентировочно я предполагаю зайдя в музей незаметно покинуть его через какой-нибудь черный ход и посетить нужного нам человека. На вас ложится ответственность за переговоры со всеми аборигенами, которые нам могут повстречаться, при чем попытайтесь сделать это так, чтобы не вызвать ни у кого подозрений. Вы поняли меня?
- Да, да, конечно… Когда мы идем?
- А прямо сейчас. Надеюсь вы не возражаете?
- Ничуть, наоборот, чем быстрее я смогу увидеть Урумчи воочию тем лучше. У меня к вам тоже будет просьба, Сергей Петрович…
- Слушаю вас.
- После встречи с этим вашим сотрудником…
- Добровольным помощником
- Ну хорошо, пусть так… Если вы не возражаете я бы хотел детально осмотреть сам музей. Дело в том, что недавно в окрестностях города был найден древний могильник с совершенно нетипичными и даже странными для этого края мумифицированными телами белокожих и светловолосых людей. К сожалению китайские власти не позволяют вывезти хотя бы одну из них в какой-нибудь крупный научный центр для детального исследования, я хотел бы хотя бы посмотреть на них.
- Вне сомнения, Кирилл Александрович! Я же не забываю о том, что у нас этнографическая экспедиция. Вы готовы? Тогда пойдемте.
Глава 5
В холле гостинице Найденов развил кипучую деятельность. После бурных переговоров с портье он выяснил, что Провинциальный музей находится всего в трех кварталах от гостиницы и до него можно доехать на новомодном в Урумчи трамвае всего за десять минут («и мы сэкономим на этом 50 юаней, Сергей Петрович, вы понимаете?»). Волков, всегда старавшийся не душить инициативу подчиненных, сразу же согласился. Вопрос денег его волновал менее всего, конечно фраза генерала Молчанова о том, что «В плане денег, если нужно, не ограничивай себя, сколько надо, столько и получишь», в результате, по выяснению с главбухом пекинского посольства все же ограничилась суммой в 600 тысяч юаней, но все равно составляло для этой местности астрономическую сумму.
Выйдя на остановке, Волков осмотрелся и с помощью Найденова определил нужный дом. Современного вида пятиэтажное здание стояло буквально в тридцати метрах от музея, немного вглубь улицы за тополями, что значительно упрощало дело.
- Вы знаете, Кирилл Александрович, у меня появилась идея. Видите вон того мальчишку? Сейчас я напишу записку, перевидите ее на китайский и отдайте ему, пусть отнесет ее нашему визави и мы встретимся с ним в здании музея прямо у ваших мумий особо не привлекая внимания, как думаете, сможете?
- Отчего же нет? Что надо написать? – Волков достал блокнот и написав пару строк отдал листок Найденову.
- Вот это.
- Хм, довольно интересно… Но, в конце концов это не мое дело. Позвольте бумагу и ручку. – Набросав на листке с десяток иероглифов, востоковед подозвал мальчишку и, предварительно взяв у Волкова пять юаней наскоро объяснил ему суть дела с важным видом помахав банкнотой перед его лицом и сунул ее в карман рубашки мальчика. Тот схватив бумажку с адресом со всех ног бросился к дому, в то время как «этнографы» зашли в музей.
Внутри был полумрак и прохлада, заплатив мелочь благообразному старичку у входа, мужчины прошли в музей. Пройдя несколько залов увешанных картинами с изображениями Мао и графиками неуклонного роста благосостояния района при победившем социализме, они оказались в небольшом зале, где под стеклянными колпаками лежали несколько на удивление хорошо сохранившихся мумий в ярких и не потерявших красок нарядах, рот которых был открыт в пронзительном крике, кроме единственной фигуры каштанововолосого гиганта, с олимпийским спокойствием созерцающего пустыми глазницами потолок зала.
- У него подвязана челюсть, именно поэтому у него такой вид, у мумий женщин подвязки ослабли поэтому они приобрели кричащий, или как более поэтично говорят археологи «поющий» вид. – Поймав недоумевающий взгляд Волкова Найденов счел своим долгом разъяснить ему ситуацию.
- Посмотрите лучше на нее. Это наша «спящая красавица» - неожиданно прозвучавшая на практически чистом русском языке фраза заставила мужчин обернутся. Перед ними стоял человек в хорошо сидящем костюме, который скорее напоминал киргиза и узбека, нежели китайца.
- Посмотрите, посмотрите. Это праматерь уйгуров! – Волков и Найденов как по команде взглянули в указанную сторону.
- Ее нашли под Лоуланью, даже за почти четыре тысячи лет она не потеряла своей красоты. – Мумия действительно была прекрасна. Девушка лет 20-25 выглядела так, как будто она просто уснула, лишь пустые глазницы с лежащими на них синими камнями говорили о том, что это не живой человек. Волков, помнивший фотографии египетскими фараонов, поразился насколько отличалась лежавшая перед ним фигура от высохших и скелетообразных фигур древних владык Египта.
- Как ей удалось так хорошо сохранится, черт, возьми?!
- Их тела сохранились лучше, чем мумии египетских фараонов – произнес Найденов - благодаря исключительно сухому воздуху, а также тому обстоятельству, что могилы были вырыты в соляной почве, которая ускоряет процесс высушивания и убивает микроорганизмы. Те тела, которые хоронили в песчаной пустыне в зимнее время, замерзали, а затем высушивались до того, как начинали разлагаться. Умерших помещали в гробы без днища и крышки, и благодаря свободной циркуляции воздуха останки избежали тлена. Трупы же, преданные земле в жаркое время года, превратились в скелеты. – Потребовалось не менее минуты прежде чем магия древних мумий слетела с Волкова и он смог опять мыслить рационально.
- Кстати, вы замечательно говорите по-русски, для китайца – осторожно бросил пробный камень Волков
- Я не китаец, я уйгур, Анар Жиба, к вашим услугам. Ведь это же вы прислали мне мальчишку с запиской? А русскому я выучился еще когда существовала республика Восточного Туркестана у одного эмигранта.
Вы хотели поговорить, слушаю вас.
- Кирилл Александрович, как я смотрю ваша помощь в качестве переводчика нам не понадобится…- Волков посмотрел в сторону ученого
- Я все понял, пойду-ка я в следующий зал, там должны быть замечательные вазы с тангутскими орнаментами, потом как поговорите можете меня найти там, если я понадоблюсь.
- Итак, какими судьбами сотрудников советской госбезопасности занесло в наше захолустье? – Дожавшись ухода Найденова Анар Жиба прислонившись к стене и сложив руки на груди с ехидцей смотрел на Волкова. – Только не говорите мне, что для поднятия национально-освободительного движения среди уйгуров, все равно не поверю. Во-первых, большинство моих соплеменников слишком забито и невежественно, чтобы противостоять китайцам, а во-вторых, я не верю в бескорыстие Советского Союза. Мы еще не забыли, как вы поступили с руководством Восточного Туркестана, пригласив их в Алма-Ату. Или вы сейчас скажете, что та авиакатастрофа была чистой случайностью? Для вас русских мы, уйгуры, всегда были лишь разменной картой в ваших отношениях с Китаем!
- Ну во-первых, - медленно произнес Волков подстраиваясь под тон собеседника - Мы простая этнографическая экспедиция от советской Академии наук, а СССР, как известно, борется с угнетением народов по всему миру и судьба каждого из них, в том числе и уйгурского, столь родственного народам из советской Средней Азии, во-вторых, я совершенно не понимаю о каких именно событиях под Алма-Атой вы говорите, а в-третьих, дело к вам у меня совершенно другого, деликатного свойства. – Жиба вопросительно поднял бровь. Волков достал из внутреннего кармана пиджака бумажку и протянул ее собеседнику.
- Если бы я знал, что вы так хорошо знаете русский, то не стал бы вмешивать в это Кирилла Александровича, но тут уже написано им и по-китайски, то, что нам необходимо. – Уйгур развернул бумажку и пробежал глазами столбик иероглифов
- Хм, вы, что собираетесь начать в Джунгарии маленькую войну?
- Я лишь хочу обеспечить безопасность своей группы. Какова ваша цена?
- Я думаю мы сойдемся на пяти тысячах. Американских долларов, разумеется.
- Согласен. – Немедленно отреагировал Волков, внутренне недоумевая где Жиба собирается в этой глуши эти самые доллары тратить. – и еще, мне нужен проводник от Хотон-Сумбула внутрь Тянь Шаня, я бы мог конечно нанять его уже на месте, но если вы могли бы кого то порекомендовать, из числа тех, кому можно было доверять, я бы был вам очень благодарен. – Уйгур испытывающе посмотрел на Волкова
- А как глубоко вы планируете забраться в Небесные горы?
- Пока не знаю, это будет зависеть от того, насколько быстро мы достигнем нашей цели.
- Понимаю. Когда вы планируете выступать?
- Завтра в девять утра мы выезжаем на автотранспорте в Токсун, если возможно пришлите вашего проводника в Центральную гостиницу к восьми.
- Хорошо, договорились. Он будет ждать вас в холле. На двадцатом километре дороги в Токсун вы увидите справа съезд с дороги, через 500 метров там будет стоять дом, там вы сможете забрать необходимые вам вещи. До скорой встречи! – Жиба коротко поклонился Волкову и стремительно вышел из зала.
Обратно в гостиницу возвращались молча и уже на такси. Волкову не давали покоя увиденные в музеи мумии, почему-то он был уверен, что они прямо связанны с человеком из его сегодняшнего сна, хотя на чем была основана такая иррациональная уверенность, он объяснить не мог. В задумчивости он прошел к себе в номер, предварительно попросив Найденова собрать всех у себя в номере, который он делил со своими аспирантами, через 15 минут.
Полковник сел в кресло и закурив, посмотрел перед собой. Председатель Мао сочувственно улыбался ему со стены, как бы показывая своим видом, что он в курсе всех проблем Волкова, однако в истинно китайском стиле предлагает ему разобраться с ними самому, без его, Мао, в них участия.
Вздохнув, Сергей Петрович поднялся из кресла и затушив сигарету пошел в номер Найденова, ставший сразу маленьким и тесным, после того, как в него набилось шестнадцать человек.
- Итак, товарищи, прошу слушать внимательно. Завтра мы выезжаем на арендованных автомобилях в сторону города Токсун, откуда огибая южные отроги Тянь Шаня двинемся на запад через Ушактал и Тавилгу к городу Хотон-Сумбул. Насколько я понимаю именно там вы. Кирилл Александрович, хотите начать свои поиски? – Найденов энергично закивал головой.
- Да, недалеко от города в горах расположен монастырь Балгантай-шара-суме, описываемый еще в записках Рериха, там мы можем получить какие то сведения о монахах-отшельниках живущих в отдаленных горных районах.
- Вот и замечательно. Прошу сегодня никуда из гостиницы не выходить. Алексей Игоревич, - обратился Волков к начальнику спецназовцев майору Бортко – прошу вас как человека ответственного за безопасность группы лично проследить за этим. – Бортко утвердительно кивнул.
- Позвольте! – вмешался Коротков – я не понимаю, это что же получается? Над нами пытаются установить контроль? Я категорически против! От того, что мы вечером прогуляемся по городу ничего плохого не будет! К тому же я уже обещал Полечке, Полине Алексеевне, то есть… что мы сходим сегодня в местный ресторан, чтобы попробовать джунгарской кухни…
- Уважаемый Василий Дмитриевич, - медленно произнес Волков – до тех пор, пока я являюсь начальником экспедиции, вы будете делать только то, что я вам скажу, во всем что касается безопасности. А в случае несогласия со мной, я могу заставить вас выполнять мои приказания в ПРИНУДИТЕЛЬНОМ порядке. Вам все ясно? – Коротков моментально сдулся и под ошарашенном взглядом Полечки, которая видимо и не могла себе представить, что с ее шефом кто то может разговаривать в подобном тоне, начал лебезить:
- Конечно, конечно, Сергей Петрович… Я и не претендовало на обсуждение ваших приказов… Просто мне казалось, что если мы посетим местный ресторан, в этом не будет ничего дурного… - Подавив мятеж в зародыше, Волков позволил себе немного великодушия.
- Что ж, в ваших словах есть доля истины. Я думаю от того, что мы ВСЕЙ группой сходим отведать местной кухни ничего плохого не будет, естественно без употребления алкоголя. А Кирилл Александрович, как специалист по этому региону порекомендует нам лучшие блюда, не так ли? – Найденов важно надулся.
- Вне всякого сомнения, Сергей Петрович, вне всякого сомнения. Джунгарская кухня весьма разнообразна: «Гуль тавак», «калигач тили», «лагман»…
- Хорошо, хорошо. Думаю эти названия все равно мало что кому скажут, лучше мы их попробуем.
Неутомимый Найденов не терял времени даром и, в то время как все разбрелись по своим номерам переодеваться к ужину, он разузнал адрес ближайшей ашханы и с нетерпением дожидался в холле сбора назначенного на 7 вечера.
- Ну что же вы, Сергей Петрович, - с укоризной проговорил он когда без пяти минут семь в холле появился Волков –мы же уже опаздываем!
- Но позвольте, Кирилл Александрович – с недоумением проговорил Волков – сейчас же всего без пяти семь… - взгляд Найденова был полон такой укоризны, что полковник предпочел за лучшее забыть свои аргументы и смирится с тем, что сегодняшним вечером будет командовать востоковед. Когда в холле наконец собралась вся группа, Найденов объявил, что до уйгурского ресторана, или как более правильно ашханы они пойдут пешком, благо тут недалеко, а заодно он расскажет о уйгурской кухне и о том, что стоит обязательно попробовать. Однако его лекция затянулась не только на время дороги до ашханы но и продолжилась позже уже в самом заведении. Члены группы сидели и, вдыхая дразняще-вкусные ароматы, со смирением слушали рассказы о способах приготовления джунгарскими кочевниками лапши «лагман» а также вариаций подливки к ней, в зависимости от времен года, пока Коротков, видимо не в силах больше выдержать подобное издевательство не подозвал официанта в традиционном уйгурском халате и расшитой золотыми нитями тюбетейке.
- Эй, милейший! Вы не могли бы принести нам, гм , меню – последнее слово Коротков произнес уже менее уверенно, оглядывая взглядом внутреннюю обстановку помещения. Несмотря на расположение в вполне современном здании ашхана выглядела так, как видимо должна была выглядеть ее сестра где-нибудь на перегоне Краюлунг – Аксу : глинобитные стены, кошмы разложенные вместо сидений и низенькие столики сидеть за которыми на каком-нибудь аналоге цивилизованной мебели типа стула не представлялось возможным.
- Доктор Коротков видимо забыл, что он находится не на Елисейских полях или, скажем, ресторане «Арагви» - с ехидцей в голосе произнес Найденов. – никакого меню вам тут не принесут и подозвав жестом уйгура вступил с ним в довольно продолжительные переговоры активно помогая себе при этом жестикуляцией. Наконец, когда остальные вынужденные быть зрителями этой сцены решили, что дальнейшее повышения тона разговора неизбежно должно вылиться в потасовку, собеседники неожиданнно улыбнулись друг другу и залились довольным смехом.
- Я заказал нам во-первых, «суюк аш», потом, конечно же мы должны попробовать «Гуль-тавак» и конечно же лагман и манты.
- Произнесенные вами названия Кирилл Алесандрович, столь же загадочны для большинства как и заклинания вызывающие злых духов – проворчал Коротков – Уж пусть несут, мы сами попробуем.
... Когда процесс насыщения подходил к концу все тот же уйгур принес поднос с чайником кувшином молока, вазочкой сметаны и пиалами, после чего вынес блюдо с дымящимися пирожками.
- Этот вид чая очень популярен у народов Семиречья и называется «аткян чай». Его следует заправлять молоком и сметаной и заедать вот этими пирожками или же по-уйгурски «самсу».
- Я пожалуй, пас – произнес Волков обводя стоящее на столе осоловелым взглядом.
– А придется, Сергей Петрович поднапрячься. Ваше счастье, что вы не попали на обед к уйгурам где-нибудь в одном из оазисов Турфана, там обычно принято гостей из-за стола выносить, гость могущий уйти из-за стола на своих ногах тем самым показывает хозяину, что ему не понравилось предложенное угощение, так что ешьте, Сергей Петрович, ешьте. Считайте это небольшой тренировкой перед возможным экзаменом, хе хе хе…
Когда «тренировка» все же закончилась, и участники экспедиции вывалились шумной гурьбой на улицу, в городе было уже совсем темно. С неудовольствием для себя Волков отметил, что до завтрашнего отъезда остается совсем немного времени, а не дай бог еще кто-нибудь после обильного угощения начнет мучится животом, вот тогда точно хлопот не оберешься.
У себя в номере он усилием воли заставил себя заснуть, понимая, что перед завтрашним днем ему требуется выспаться, а самоедством делу уже не поможешь.
Как только Волков закрыл глаза, как тут же оказался на все том же горном плато, которое снилось ему вчера. Фигура в желтом одеянии теперь сидела на краю обрыва, наблюдая за закатом солнца. Помня чем закончилась для него вчерашняя встреча, полковник бесшумно заскользил между камней к сидящему человеку, все также непонятное желание заглянуть в глаза незнакомца не оставляло его. Оказавшись в нескольких метрах от фигуры Волков спрятался за валуном и подобрав лежащий рядом камешек бросил в сторону от себя, надеясь привлечь внимание. Однако человек даже не пошевельнулся. Время уходило и солнце уже скрывалось за горизонтом. Волков чертыхнулся про себя, понимая, что только зря теряет время. Решив действовать решительно он вышел из своего укрытия и подойдя к незнакомцу, положил ему руку на плечо, намереваясь развернуть в свою сторону. Фигура встала с места и сделала щаг вперед, прямо в пропасть, однако не упала как ожидал Волков, а пошла дальше, как будто под ее ногами была какая то невидимая, но твердая поверхность. Пройдя с десяток метров фигура обернулась, слепящее, багровое солнце било прямо в глаза Волкову и в его лучах был виден только силуэт, черный, на фоне светила. Человек протянул руку и жестом предложил Волкову подойти к нему. Понимая, что делает совершенную глупость, полковник сделал шаг навстречу, не понимая, почему он не в силах сопротивляться желаниям этого незнакомца, однако его нога не нашла за обрывом никакой опоры и с диким криком Волков начал падать в пропасть вниз головой….
Глава 7
Утром задумчивый более обычного Волков в компании Найденова, Бортко и трех его подчиненных направились в прокат автомобилей, где после бурных переговоров с начальством арендовали на 2 месяца четыре УАЗа, причем видимо будучи не особо уверенными в последующей сохранности автомобилей, директор заставил Волкова выплатить полную стоимость машин, обещая по возвращении отдать залог обратно. В отличии от прижимистого директора автопроката у самого Волкова никаких сомнений по поводу своего возвращения не было и он с легким сердцем заплатил требуемую сумму.
Подогнав машины к гостинице, начальник экспедиции стал размещать в машинах людей из расчета по четыре в каждую, причем обязательным условием было наличие в каждой машине двух человек из состава охраны: один за рулем и другой сидящий с ним рядом.
Лаборанты Короткова заносили в багажник тяжеленный металлический ящик с какой то, по видимому необходимой физику аппаратурой, в то время как их шеф стоя на крыльце покуривал сигару и любезничал с Полечкой. Чисто из чувства мстительного злорадства Волков определил Полечку в одну машину с найденовским аспирантом, лишив тем самым Короткова возможности с ней общатся хотя бы во время дороги.
- А теперь слушай меня внимательно, Алексей Игоревич – обратился Волков к майору Бортко сидящему с ним в одной машине когда они выехали за черту города - на двадцатом километре ты увидишь справа съезд с дороги, вот там нам съехать надо будет и забрать игрушки для твоих парней, уловил? – майор кивнул головой.
Найденов, посаженный в командирскую машину в качестве штатного переводчика и , если потребуется, парламентера на переговорах с местным населением, усевшись сзади моментально уставился на дорогу, видимо собираясь обозревать окрестности до самого Токсуна, в который они планировали прибыть к вечеру.
По прошествии минут пятнадцати они увидели съезд с дороги и стоящую немного в отдалении мазанку.
- По-видимому, тут – сказал Волков. Машины съехали с дороги и остановились возле дома. Волков, в сопровождении Бортко и трех спецназовцев, подошел к двери дома и постучал.
- О, а вот и наши этнографы пожаловали! – На пороге стоял улыбающийся Анар Жиба.
- Добрый день, Анар. Мы пришли за тем, о чем я просил вас. Вот, держите. – Волков протянул уйгуру завернутую в газету пачку денег.
- Прошу! – Жиба посторонился и пропустил гостей в дом, на полу которого лежали деревянные ящики с советской заводской маркировкой. Волков вопросительно поднял бровь.
- Вы совершенно правы – хихикнул Жиба – это ваше оружие, даже нераспечатанное еще. Ирония судьбы, брать у русских автоматы для борьбы за независимость, чтобы русским же потом его и продать. – Волков махнул рукой и спецназовцы начали выносить ящики.
- Я просил вас еще и о проводнике от Хотон-Сумбула. Но я его не вижу. – Жиба испытывающе посмотрел на полковника
- Я родился и вырос в тех местах, если вы не возражаете, я сам мог бы быть вашим проводником. Не знаю, насколько далеко вы планируете углубится в Небесные горы и что именно там собираетесь искать, но я нутром чувствую, что китайцам от этого ничего хорошего не светит. К тому же, согласитесь, вам придется общатся с местными жителями, а они гораздо охотнее будут разговаривать с соплеменником, выросшим в этих местах. Да и вообще, откровенно говоря, никого другого кроме себя я и не собирался вам предлагать. – Волков на секунду задумался, взвешивая все «за» и «против» от появления в составе экспедиции столь загадочной и непонятной фигуры как Жиба, но все же, решил, что пользы от него будет больше, нежели вреда. Поэтому, внутренне пообещав себе не спускать с него глаз, кивнул головой.
- Хорошо, в конце концов, нам безразлично кто будет проводником. Лишь бы он хорошо знал местность и обычаи живущих там людей, это же первая задача нашей экспедиции, изучение местной культуры – Даже вполне понимая, что Жиба ни капли не верит в легенду о советских Этнографах, Волков все равно не собирался раскрывать перед ним свои карты.
- Вполне понимаю вас. – Улыбка на лице Жибы сказала гораздо больше нежели произнесенные им слова.
- Тогда прошу ко мне в машину. До вечера мы должны доехать до Токсуна.
- Успеем непременно. Дорога в хорошем состоянии, к тому же почти всегда пустынная в это время года, так что можно ехать на большой скорости совершенно ни за что не беспокоясь.
- А ваши соратники? Я слышал они иногда постреливают в едущие по пустынным дорогам автомобили? – Жиба еще раз широко улыбнулся.
- Не волнуйтесь, для нас будет свободная дорога до самого Хотон-Сумбула.
В Токсун приехали уже затемно. Маленький городишко даже не имел приличной гостиницы, а от местного постоялого двора брезгливый Коротков наотрез отказался, заявив, что скорее будет ночевать в машине, чем в «этом клоповнике». Его неожиданно поддержал Найденов, рассказав пару историй путешественников ночевавших в постоялых дворах Джунгарии. После этого акта саботажа, идти туда уже никто не хотел. Выручил экспедицию Жиба. Быстро переговорив с хозяином гостиницы, он за смешные, по мнению Волкова деньги договорился о ночевке в доме самого хозяина, стоящего чуть поодаль и выглядевшего несравненно лучше с точки зрения гигиены. Проводив путешественников к своему дому и подождав пока они загонят свои машины во двор, хозяин поклонился и пообещав через час прислать своего сына с ужином для гостей, удалился обратно в свое заведение.
Несмотря на все уверения Жибы о честности уйгуров и их отвращении к покушению на чужое имущество, Волков все же приказал Бортко выставить караул из двух человек на всякий случай, после чего, предварительно еще раз шепнув майору, чтобы караульные особо присматривали за уйгуром, отправился спать.

На сей раз плато заливал яркий солнечный свет, так, что Волкову даже вначале оно показалось пустынным, однако, присмотревшись внимательней он увидел бредущую ему навстречу желтую фигуру. Он внутренне напрягся, лихорадочно пытаясь сообразить, хочет ли он, чтобы фигура подошла к нему или нет. Та энергия которая исходила от нее, притягивала к себе как магнит, но в то же время голос рассудка говорил ему, что фигура опасна, какой то нервный центр оставшийся в мозгу еще от первобытных предков, посылал сигналы непередаваемого страха и животного ужаса от возможной встречей с владельцем желтого одеяния. И все же, несмотря на это, Волков твердо стоял на месте, решив, что на этот раз он обязательно взглянет в глаза этого человека.
Фигура подошла и коснулась его руки. Он поднял глаза, однако слепящее солнце делало из лица темное пятно.
«Кто ты?» вопрос вырвавшийся из груди Волкова, казалось испугал фигуру. Сразу же отдалившись от него, она начала таять в воздухе. «Неееет!» Чувствуя, что разгадка уходит от него и на этот раз, Волков рванулся к таящей желтой дымке и не заметив края обрыва, опять полетел в бездну…

_________________
salva ipse quod satis vobis

Л.Н. Гумилёва спросили:
- Лев Николаевич, вы - интеллигент?
- Боже меня сохрани! Нынешняя интеллигенция - это такая духовная секта - ничего не знают, ничего не умеют, но обо всем судят и совершенно не приемлют инакомыслия


Share on FacebookShare on TwitterShare on RedditShare on VKShare on Google+Share on MySpace
Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: 300 миллионов шагов
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 июл 2015, 10:29 
Не в сети
востоковед

Зарегистрирован: 27 ноя 2012, 13:53
Был на форуме: 12 фев 2016, 18:28
Сообщения: 28162
Откуда: Москва
Глава 8
Из Токсуна экспедиция двинулась дальше в направлении Карашара. Воодушевленный вчерашним легким переездом Волков планировал следующую ночь провести там, но Жиба только качал головой.
- На пути у нас горный перевал через Чёльтаг, я думаю ночевать нам придется в Кюмюше, слишком плохая дорога… - Волков пожал плечами и вопросительно посмотрел на Найденова.
- Думаю наш уйгурский друг в чем то прав, я не знаю, конечно современного состояния дороги, но по описаниям путешественников прошлых лет, перегон Токсун – Карашар занимал у них не менее трех дней, хотя…
- Хорошо, если не будет получаться по времени, значит придется ночевать в Кюмюше, но – обратился он к Бортко –я бы попросил вас, Алексей Игоревич, сделать все возможное, чтобы мы все же завтра продолжили наш путь уже из Карашара. – Немногословный майор кивнул головой и завел машину выруливая ее со двора, через почтительно открытые хозяином дома ворота. Неизвестно, чего такого сказал ему Жиба, что старик проникся таким почтением к экспедиции, но Волков внутренне даже немного пожалел, что они заплатили ему так мало за постой.
Дорога после Токсуна через Турфанскую впадину действительно со временем становилась все хуже и когда горы Чёльтага выросли из цепочки холмов на горизонте до своих настоящих размеров, стала и вовсе почти символической. Проложеная на месте древней караванной дороги, автомобильная трасса взбираясь вверх, к горным вершинам, петляла и изгибалась самыми разнообразными способами, так что автомобили еле плелись, аккуратно следуя в хвосте командирской машины, из-за руля которой Бортко внимательно разглядывал окрестности поминутно справляясь у Жибы о вероятности обвалов в этом районе и прочих неприятностях которые могли ожидать путешественников. Только когда они перевалили на другую сторону хребта и перед их взором открылась равнина с видневшимся далеко впереди озером Баграшкёль, он позволил себе немного расслабится и чуть чуть прибавить в скорости. Однако Жиба был прав. К тому времени как они спустились к подножию хребта уже темнело, поэтому Волков, скрепя сердце, принял решения остановится в расположенном прямо отрогов хребта Кюмюше, городке еще более маленьком чем Токсун. Жиба и тут смог договорится с кем то из местных о ночлеге, поэтому нынешняя ночь походила как две капли воды на предыдущую, с той разницей, что горный воздух Кюмюша был не в пример чище, нежели в расположенном в Турфанской впадине Токсуне.
Ложась на ночлег Волков сверился с картой. Вынужденная задержка раздражала его, поэтому отловив Жибу, собравшего вокруг себя Найденова и его аспирантов с целью рассказа уйгурских легенд и преданий, справился реально ли завтра доехать уже да самого Хотон-Сумбула не останавливаясь в Карашаре. Жиба кивнул головой.
- От Карашара до Хотон-Сумбула совсем недалеко, дорога неплохая, так что это вполне возможно. Кстати, надолго ли вы планируете остановится в Хотон-Сумбуле?
- Максимум день, чтобы дать людям отдохнуть после переездов и приготовится к горным переходам, а что?
- Недалеко от города находится знаменитый монастырь Балгантай-шара-суме, в котором очень хотел бы побывать уважаемый Кирилл Александрович. Я конечно не буддист, но хотел бы составить ему компанию в посещении монастыря. Это же история моей родины.
- Насколько я помню вы, Кирилл Александрович, хотели там узнать некоторые сведения касающиеся целей нашей экспедиции? – Найденов закивал головой.
- Да да, а также обязательно поговорить с настоятелем об особенностях местного буддизма, вы ведь знаете, местные монахи недолюбливают тибетских лам и поэтому…
- Хорошо, хорошо, я думаю мы все пойдем с вами, думаю это будет интересно и познавательно. – и, развернувшись, пошел к своей постели.
На этот раз на плато было пасмурно и Волков впервые смог оглядеться по сторонам более внимательно – плоская терраса на верху скалы была усеяна россыпью валунов, многие из которых напоминали сидящие фигуры застывшие в задумчивом ожидании чего-то. Фигуры нигде не было видно и Волкова посетило двойственное чувство: С одной стороны это принесло облегчение – наконец то кошмары прошлых ночей оставили его, с другой стороны в душе росло чувство разочарования профессионала, не доведшего до конца расследование и вынужденного остаться наедине с целым ворохом нерешенных загадок. Подойдя к обрыву полковник сел на краю скрестив ноги и осмотрел открывавшуюся перед ним картину: Высокие пики облаченные в снежные шапки окружали его со всех сторон, глядя на них Волков начал испытывать чувство беззащитности и даже какой то никчемности своего существования перед этими молчаливыми гигантами, стоявших тут за миллионы лет до его рождения и будущих стоять столько же после его смерти. Особо поражала воображение вершина вдалеке, устремившая свой конус вверх подобной чудовищной величины пирамиды какого-то страдающего гигантоманией фараона, про себя Волков отметил, что ни одному смертному властителю подобное сооружение было бы не по рангу, только богам позволено строить себе памятники такого размера.
Налетевший с севера ветерок принес с собой звук похожий на скорбный вздох, прервавший молчаливое созерцание. Тряхнув головой, он огляделся - уже стемнело и ветер разогнал тучи, на небе сияла полная луна, освещая своим серебристым светом горы. Удивляясь как он мог просидеть столько времени не двигаясь и смотря на горные пейзажи, Волков повернулся в сторону услышанного звука и обомлел. Прямо по воздуху куда то ввысь поднимался чей- то темный силуэт. Ни секунды не сомневаясь кто это, Волков вскочил на ноги и подбежал к краю плато, бывшему ближе всего к фигуре. Не спеша, будто поднимаясь по некой невидимой лестнице человек поднимался ввысь, задрав голову к небесам. Ощущая всю нереальность происходящего Волков присмотрелся к нему повнимательней, и с удивлением отметил для себя, что видит некую полупрозрачную световую нить, исходящую от человека прямо вверх. От этого неожиданного открытия Волков сдавленно вскрикнул и фигура обернулась к нему. Он не различал лица, но тем не менее был уверен, что лицо поднимавшегося вверх расплылось в улыбке. Протянув к нему руку, фигура сделала приглашающий жест и застыла в ожидании. Волков, сам недоумевая зачем он это делает, поднял ногу вверх и сделал первый шаг, с удивлением ощутив, что не падает, а держится вполне уверенно. Воодушевленный этим успехом, он сделал второй и, почувствовав как опора уходит из-под ног, рухнул в пропасть, в последний момент успев заметить, что то, что он считал за первую ступеньку невидимой лестницы на самом деле оказалось лежащим на самом краю обрыва камнем…
С утра бреясь под струйкой теплой воды из кувшина, которую ему лила Полечка, Волков усмехнувшись подумал, что у него начинается явное раздвоение личности – одна из которых днем занимается делами экспедиции, а другая ночью шастает по горам с последующими полетами в бездну. Так и не сделав никакого умозаключения из этих фактов, Волков ополоснул лицо остатками воды и вытершись пошел отдать последние указания Бортко. К сегодняшнему вечеру они должны были уже оказаться в Хотон-Сумбуле, городе который для себя Волков отметил как контрольный в их маршруте и, если угодно, базовую точку, откуда они планировали начать свои поиски, хотя Найденов и настаивал на том, что основные поиски должны начаться в Караюлгуне, где многие исследователи упоминают наличие буддийских вихар в близлежащих горах, Волкова почему то не оставляла уверенность, что именно древняя столица торгутов, станет знаковым пунктом в их поисках.
Путешествие по равнинам около озера Баграшкёль было не в пример проще вчерашнего, машины весело катились сквозь степную местность, на которой то тут то там, встречались отары овец или табуны лошадей, пока около самого Карашара экспедиция практически вплотную не приблизилась к озерному берегу.
Самое большое пресноводное озеро Китая поразило своими размерами и если бы не твердая уверенность в том, что они находятся в тысячах километрах от ближайшего моря, Волков бы мог поклясться в том, что они очутились на морском берегу. Величественные волны неторопливо бороздили озеро, растянувшееся до самого горизонта, однако вскоре дорога стала уходить на север, так и не дав путешественникам полюбоваться всласть на это чудо природы. Проскочив практически незаметно древний Карашар, они устремилась к Хотон-Сумбулу, который в целях общего насаждения китайского присутствия в западных провинциях, в официальных документах, как и многие другие ему подобные города, имел вполне китайское название Хэцзин.
Расположенный около юго-восточных склонов Тянь Шаня город, оставлял впечатление полукочевья, торгуты, выпасавшие свои стада в течении года, стекались к нему для продажи скота и приобретения нужных им товаров, поэтому весь город был окружен их юртами вызывая в памяти неоднозначные ассоциации с набегами кочевых племен на оседлые земли.
- Еще сорок лет назад это была территория практически автономного владения торгутов управляемых Тоин ламой – подошедший сзади к Волкову Найденов задумчиво глядел на город
- Ламой? Насколько я знаю, лама это буддийский священник, как он мог стать светским властителем?
О, это был по-своему великий человек. Последователи Тоин ламы считали его воплощением известного ламы Сэнчэна Дорджэчана, одного из просвещенных иерархов Шигацзе. Трагическая кончина этого почтенного ламы подробно описана японским путешественником Экайем Кавагучи. Он был арестован лхасскими властями по обвинению в содействии исследованиям известного индийского путешественника-тибетолога Бабу Сарат Чандра Даса. После длительного заключения ламу утопили в реке Конг-по в июне 1887 г. Рассказывают, что святой, будучи наставником Таши-ламы, предсказал свою печальную участь в рисунках, выполненных на стенах его личных покоев.
Тибетское правительство распорядилось о том, что душа ламы не подлежит перевоплощению (это самое страшное наказание в Тибете), и тем не менее он воплотился в далеком Туркестане в семье хана карашарских торгутов. Сэнчэн Дорджэчан прорицал перед смертью, что родится снова в стране войлочных палаток и стад рогатого скота. И действительно, у новорожденного была замечена такая же слабая деформация колена, как и у покойного ламы. Весть о перевоплощении Сэнчэна вызвала негодование в Лхасе, и, когда мать привезла мальчика в столицу Тибета, чтобы посвятить в монахи, его не допустили в знаменитый монастырь.
Однако торгуты были слишком могущественными, а их подношения - весьма существенными, чтобы с ними можно было порвать дружеские отношения. После длительных колебаний мальчика приняли в монастырь Ганден, хотя тибетское правительство так и не признало полностью его перевоплощения.
В период когда влияние китайцев регионе ослабло, он нанял русского инструктора, из числа бежавших сюда из Средне Азии белых офицеров, который сформировал несколько экадронов для торгутского правителя. Дальнейшая история менее оптимистична, но тем не менее, насколько я знаю, имя Тоин ламы до сих пор вспоминается с благовением у торгутов.
- Хм, интересно… Надеюсь завтра, при посещении монастыря вы сможете рассказать нам не менее увлекательные истории, а теперь пойдемте спать, сегодняшний день предпоследний, когда мы ночуем в более менее нормальных условиях, надо набираться сил, перед горными переходами.
- Вы правы… Что ж, спокойной ночи, Сергей Петрович.
Однако Волков не торопился ложится спать, горы Тянь Шаня, возвышающиеся на горизонте, вызывали у него смутное ощущения беспокойства и желания поскорее туда добраться. Так, больной с опухолью страстно желает, чтобы ему поскорее ее удалили, понимая, что хоть это и больно и неприятно, но, тем не менее, желание избавится от ненужной ноши перевешивает все. Проверив, что все разместились нормально, и ничто не вызывает подозрений, он выкурил сигарету глядя на возвышающиеся впереди отроги Тянь Шаня, и только после этого вздохнув отправился спать.

«Я пришел!» Стоя на плато Волков оборачивался по сторонам ища столь бесцеремонно вторгшийся в его сны образ.
«Я тут, что ты хочешь от меня?!» Молчание гор служившее ему ответом, лишь разжигало его ярость. «Хватит играть со мной в прятки и недомолвки! Хватит! Покажись! Кто ты? Зачем я тебе нужен?! Ненавижу!» Ярость тупым ножом давившая его душу наконец то вырвалась наружу и теперь изливалась в пространство подобно фонтану. Все, что накопилось в его душе внезапно, и без каких либо усилий с его стороны вылилось наружу. В отчаянии от окружающей его безмолвности Волков упал на колени и стал в исступлении бить кулаком по земле. Его плечо почувствовало легкое касание и он резко повернулся на него. Фигура в желтом уже не скрываясь, стояла перед ним. Волков разглядел ее полностью, запомнив каждую морщинку на коричневатом от горного солнца лице. Внезапно он заплакал как маленький ребенок и уткнувшись носом в землю стал сотрясаться рыданиями. Человек в желтом присел рядом с ним и положив его голову к себе на колени дотронулся ладонью до его макушки. Волков сразу же ощутил как злость и ярость схлынули из его души, наполняя ее покоем и умиротворенностью.
«Зачем? Почему именно я? Опусти меня!»
Человек встал и осторожно положив его голову на землю пошел к краю обрыва. Дальнейшее, что видел Волков показалось ему полнейшим бредом даже для сна, воздев руки к верху, фигура в желтом прокричала пару гортанных фраз, после чего солнце с бешенной скоростью пронесясь по горизонту, уступила место тьме ночи, которую разбавил свет луны.
Силуэт на краю обрыва призывно обернулся к нему и сделал шаг вперед. Как завороженный Волков встал и последовал за ним. Делая первый шаг за край бездны он внутренне уже приготовился к падению, но с удивлением ощутил, что и второй и третий шаг даются ему также легко. Его душу переполнила чувство необыкновенной легкости и восторга, причем по мере восхождения оно только увеличивалось. Когда Волков догнал впереди идущего, то, счастливо засмеявшись, обернулся назад, чтобы оглядеть лежащий перед ним мир и вдруг, внезапно потеряв опору под ногами, начал падать вниз…
Глава 10
Утро началось с разочарований. Вставшие специально пораньше Найденов и Жиба оправились разузнать насчет экскурсии в монастырь, однако вернулись огорченными. Культурная революция добралась и сюда. Буддийским монастырь объявленный рассадником вредных предрассудков и буржуазным пережитком был ликвидирован, а здание конфисковано для нужд народа. О судьбе населявших его монахов было известно намного меньше, однако Жиба, поговоривший с местными жителями говорил, что некоторая их часть ушла в горы, где с незапамятных времен существовали пещерные буддийские храмы.
На Найденова было жалко смотреть. Сидя на подножке УАЗика он бесцельно смотрел перед собой, окруженный своими аспирантами, пытавшимися успокоить своего руководителя.
- Как же это так… Я всю дорогу мечтал там побывать… Одни фрески на стенах монастыря чего стоили… Не говоря уже о религиозных текстах и просто об общении с монахами… - По лицу Найденова покатились слезы и он являл собой настолько трагический вид, что Волков и даже обычно равнодушный к чужим проблемам Коротков поспешили его хоть немного успокоить.
- Ну, полно вам… Кирилл Александрович, драгоценный вы наш… Да не переживайте вы так! Ну черт с ним, с монастырем этим, вон нас товарищ Жиба еще в один проводит. Правда ведь?
- Прекратите нести чушь! – голос Найденова сорвался на фальцет. – Какой еще один монастырь?! Вы хоть понимаете, что вы говорите?! Это был в своем роде уникальный и единственный! Нету такого же больше, понимаете?! Нету!
- Василий Дмитриевич в чем-то прав – произнес Волков, присаживаясь рядом с отчаявшимся востоковедом. – Жиба действительно обещал узнать у местных о судьбе монахов из монастыря. Значительная их часть ушла в горы и я так подозреваю, что не с пустыми руками. Наверняка самое ценное для них они забрали с собой, так что если мы посетим их горные убежища, наверняка вы сможете ознакомиться с интересными для вас документами и сведениями. – пожалуй для Найденова это было лучшим средством утешения. Его лицо моментально преобразилось приняв энергичный вид.
- Так чего же мы тогда ждем?! Вперед, в горы! Я готов лазить по ним хоть год, лишь бы добиться цели!
– Ну ну, Кирилл Александрович, не все так быстро. Во-первых, на сегодня у нас назначен день отдыха перед горными переходами, а во-вторых, куда идти? Дайте Жибе время разузнать хотя бы ориентировочное месторасположение пещерных схронов, иначе мы можем лазить по Тянь Шаню хоть год, хоть два совершенно безрезультатно.
- Как альпинист со стажем могу подтвердить – веско вставил свое слово Коротков – отроги Тянь Шаня буквально нашпигованы пещерами, нам не хватит и двадцати лет, чтобы облазить хотя бы их десятую часть.
- Пойдемте, Кирилл Александрович, пойдемте, дорогой – Волков похлопал ученого по плечу.- Отдохните сегодня хорошенько. Завтра мы выступаем.
Заниматься в городишке было практически совершенно нечем. После неудачи с монастырем Найденов с аспирантами было попытался посетить дворец торгутских ханов, однако тот был занят под нужды городской администрации и востоковеду пришлось ограничиться только фотографированием его фасада.
Впрочем, у остальных досуг был тоже вовсе не разнообразен.
Угрюмые, от окружающей их обстановки, и постоянно вспоминающие между собой Москву и связанные с ней прелести цивилизации, лаборанты Короткова от безысходности двинулись на местный базар, в сопровождении нескольких спецназовцев, выделенных для охраны Волковым и вернулись часа через четыре нагруженные кучей вещей непонятного предназначения, из коих преобладали какие-то куски тканей с местными орнаментами и поделками местных мастеров. Спецназовцы тоже умудрились принести обратно разнообразных безделушек, хотя вид имели смущенный, будто бы и сами не особо понимали, зачем и как они их приобрели.
Доктор Коротков, в сопровождении своей ассистентки, отправился опробовать местнуе деликатесы. В компанию к ним затесался и майор Бортко, проявивший после достопамятного ужина в урумчской ашхане весьма неожиданную любовь к джунгарской кухне. А оставшийся с четырьмя охранявшими имущество людьми Волков, просто валялся на походной кровати выставленной прямо на земле и рассматривал двухкилометровку Тянь Шаня, с подробнейшими указаниями троп и возможно опасных участков, присланную еще в Москве из геодезического отдела.
Часам к семи назад возвратились Найденов и его ассистенты – не реализовавши свои планы насчет местных достопримечательностей, они хоть немного компенсировали свои неудачи общением с местными старейшинами.
С Коротковом же, Полечкой и примкнувшим к ним Бортко история вышла и вовсе неприятная. Придя в местный аналог ресторана они заказали разнообразных блюд под которые Василий Дмитриевич и предложил своей спутнице и майору выпить замечательного грузинского вина за успех экспедиции, бутылочку которого он вез специально из Москвы. Ни Бортко, с местными обычаями незнакомый ни тем более Полечка, слова поперек своему шефу никогда не сказавшая, естественно, не отказались.
Более сорока минут после того, как вся троица в сопровождении местного полицейского и толпы возмущенных посетителей заведения, пришла обратно, донельзя смущенные Коротков и Полечка, а также красный как рак майор, выслушивали издевательскую лекцию Найденова, о запрете распития спиртных напитков у мусульман, к которым относилось большинство населения края. Даже не смотря на Культурную революцию, отменившую ислам наряду с буддизмом и христианством, аборигены не забывали обычаев своих предков.
Волков был не столь многословен как востоковед. Приглашая фигурантов эксцесса по одному к себе в машину, он потратил на каждого не более двух минут, однако и этого хватило, чтобы Полечка вылетела из нее пулей, майор
Бортко несмотря на свои габариты стал каким то маленьким и незаметным, неслышной тенью проскользнув к себе, а доктор Коротков вышел с очень озадаченным видом.
По окончании воспитательного процесса Волков вышел из машины и закурив сигарету стал смотреть на западные склоны Тянь Шаня, украшенные червонным золотом заката.
- Простите, Сергей Петрович, можно с вами поговорить? – Волков обернулся – перед ним стояли аспиранты Найденова с подкреплением в виде коротковских лаборантов и все еще красной от смущения Полечкой. Все они имели вид настолько просительный и смиренный, что Волков невольно улыбнулся.
- Да я смотрю у вас тут целая делегация. Чем обязан?
- Сегодня последняя ночь, которую мы ночуем в относительно нормальных условиях. Разрешите нам сделать костер и посидеть как это у нас водится…
- … Попеть под гитару и пообниматся с девушками? – Волков улыбнулся еще шире и внимательно посмотрел на Полечку, которая моментально стала еще краснее, хотя и казалось, что краснеть дальше уже невозможно.
- Хорошо, я разрешаю. Но! – Полковник поучающе поднял вверх указательный палец – только до ноля часов и, чтоб играли и пели негромко, хватит нам осложнений с местными, черт их знает, может ваше пение нарушит еще какой-нибудь их местный обычай.
- Не нарушит – один из найденовских аспирантов подал голос и сразу смутился под взглядом Волкова – Я же диссертацию по этой теме пишу, знаю… В общем, песни тут никак не осуждаются.
- Я рад, что вы так хорошо знаете местные обычаи, молодой человек и, тем не менее, прошу вас последовать моим словам. – развернувшись спиной к делегации Волков пошел к себе, недоумевая куда запропастился Жиба, которого было не видно с самого утра.
Однако, когда он вошел в комнату, все разрешилось само собой. Жиба сидел на стуле перед кроватью и вид имел довольный, хотя чудовищно грязный, как будто весь день валялся в какой то луже.
- Господи, Жиба! Что с вами? Где вы умудрились так испачкаться?
- Расскажу позже – лицо уйгура приняло выражение полного блаженства – у вас есть подробная карта района? – только расстелив на кровати свою карту Волков подумал, что вообще то это секретное издание, которое какому-то уйгуру смотреть вовсе не нужно, однако Жиба по видимому не особо задумывался об этом и стал внитмательно ее рассматривать, ему потребовалось не более полуминуты, чтобы разобраться в ней.
- Смотрите, вот тут – он ткнул пальцем в участок карты примерно в пятидесяти километрах к северо-западу от Хотон-Сумбула, расположен комплекс пещер известных как «пещеры Праведных». Там и укрылись монахи из монастыря. Считается, что там зародилось и развилось одно из направлений буддизма, «Путь трехсот миллионов шагов», хотя вам, военному это навряд ли скажет что то… - Дальнейшие слова уйгура Волков уже слышал плохо «Триста миллионов шагов», «Путь праведника» фразы крутились в мозгу, он не мог поверить, что все так банально просто и ключ к столь необходимой разгадке лежит всего в полусотне километров от него.
- За сколько мы сможем дойти туда? – Волков наконец таки смог взять себя в руки
- Сложно сказать, все зависит от степени подготовки участников перехода. Опытные пастухи ходят от Хотон-Сумбула до туда за двое суток, сколько потребуется нам, я не знаю.
- Хорошо, спасибо Анар – впервые Волков назвал уйгура по имени. – а теперь если вы не возражаете я хотел бы побыть один и подумать.
- Понимаю – Жиба хитро ухмыльнулся – Что ж, не буду вам мешать. Я слышу на улице песни, пойду послушаю. Никогда не слышал русских песен. – Волков молча кивнул и подождав пока за ним закроется дверь рухнул на кровать. Мысли вертелись бешенным волчком и не в силах привести их в порядок полковник не заметил сам, как уснул.
Полная луна казалось занимала пол небосвода, присмотревшись внимательно Волков увидел то, что искал. Практически неразличимая пульсирующая нить, связывающая ночное светило с ним, наконец приобрела зримые очертания. Он напряг свои силы и она начала расползаться вширь, превращаясь в узкую светящуюся дорожку. Он осторожно поставил на нее ногу и сделал первый шаг, ощутив, что поверхность под ним вполне твердая, несмотря на то, что он был уже в полутора метрах над землей. Волков улыбнулся и сбросив остатки напряжения ровным шагом пошел по тропинке вверх, глядя только на Луну и не осматриваясь по сторонам. Однако не прошло и десяти минут подъема, как он различил впереди знакомую фигуру. Стоя лицом к нему человек в желтом одеянии предостерегающе поднял руку вверх. Не понимая значения этого жеста Волков пошел дальше, замечая, что по мере приближения фигура все больше расплывается становясь полупрозрачной и, в конце концов, совсем исчезнув когда он подошел к ней вплотную. Пройдя сквозь дымку желтого тумана он сделал следующий шаг, как неожиданно дорожка утратила свою твердость и провалившись ногой в пустоту Волков рухнул вниз…
Глава 11
Утро прошло за сборами. Хотя до склонов гор было еще довольно далеко, доехать туда на машинах, не беспокоясь потом об их безопасности не представлялось возможным. Поэтому, оставив УАЗики на хранение какому то знакомому Жибы (сам уйгур уверял, что это его друг детства, однако глядя на мужчину лет пятидесяти было сложно поверить, что он играл с максимум тридцатилетним Жибой в одной песочнице ), Волков с помощью Найденова и все того же Жибы подрядил старейшину одного из торгутских родов арендовать ему двадцать верблюдов для людей и снаряжения, дабы довезти все это до подножия гор.
То, что непривыкшие к кочевой экзотики члены экспедиции воспринимали почти с детским восторгом, уважаемый Жамал Закин, предводитель каравана воспринимал как должное, с легким налетом презрения к не умеющим правильно сидеть на верблюдах европейцах.
Двадцать километров до подножия гор преодолели только к обеду, после которого, поблагодарив Закина, сделали небольшой привал, для экипировки альпинистским снаряжением, котрое везлось с самой Москвы и было подобранно под каждого конкретного участника экспедиции. Затем, проследовал небольшой инструктаж со стороны Бортко и его подчиненных, для остальных членов группы, в ходе которого все по крайней мере раз шесть услышали слова Короткова, о том, что он альпинист с десятилетним стажем.
Кинув последний взгляд на простирающуюся перед ними равнину, Волков махнул рукой и первым начал карабкаться вверх, за ним следом шел Жиба, и только потом, чуть поодаль остальные члены экспедиции. Останавливаясь каждые пол часа на короткие остановки, чтобы менее всех подготовленные (а к ним , как и ожидалось, относились Найденов, его аспиранты, лаборанты Короткова и Полечка) могли немного перевести дух, Волков сверялся с картой о правильности выбранного маршрута, однако, даже карта не спасла бы путешественников в двух местах, где только чутье Жибы помогло избежать серьезных неприятностей.
К концу дня они прошли около пятнадцати километров по карте, и когда на их пути показалась площадка, которую и Бортко и Жиба и Коротков признали вполне пригодной для ночлега, Волков скомандовал привал.
- Вполне неплохо идем – сказал подошедший сзади Жиба, глядя через плечо полковника на карту, на которой тот карандашом отмечал пройденный участок маршрута. – пятнадцать километров за день очень даже хороший результат. Однако, я думаю нам завтра стоит свернуть немного севернее, видите вот этот поселок пастухов? Лучше нам идти через него.
- Но это же лишний крюк в десять километров на пути к пещерам.
- Да, но зато, во-первых тогда мы завтра будем ночевать в домах, а не на открытом пространстве, а во-вторых, подъем там гораздо более удобный, нежели тот путь которым идем мы. В горах прямой путь не всегда самый короткий. – Подошедшие по просьбе Волкова Бортко и Коротков вполне согласились с уйгуром, лучше сделать небольшой крюк в обход, нежели штурмовать нависавший над ними ледник.
Около часа ушло на установку палаток и обустройства в них бензиновых печек, для обогрева, и лишь после этого люди смогли залезть во внутрь и укутавшись в спальные мешки попытаться уснуть.
Деливший одну палатку с Жибой, Бортко и одним из найденовских аспирантов Волков долго ворочался прежде чем уснуть, непонятные мысли лезли в голову, понапрасну терзая его мозг и лишь во втором часу он наконец смог с грехом пополам задремать.
Одиноко сидящая на краю пропасти фигура была все также недвижима когда Волков подошел к ней и присел рядом.
«Почему ты остановил меня вчера?» вопрос прозвучавший в тишине стократным эхом отозвался в близлежайших скалах. Не произнеся ни слова старик взял его за руку и ступил на знакомую уже ему светящуюся дорожку. Пропустив его вперед, но так и не отпуская руки он легким пожатием предложил Волкову двигаться вперед. Прошло примерно пятнадцать минут восхождения, когда дорожка опять внезапно исчезла и он начал падать в бездну, однако рука его спутника не дала ему улететь, крепко держа его болтающимся на чудовищной высоте.
«Мне не пройти дальше, да? Я должен вернутся?» Одним рывком старик поднял его обратно на дорожку и поставив сзади себя молча пошел дальше оставив Волкова в одиночестве.
Устыженный Волков повернулся к нем спиной и стал спускаться, однако вскоре повернулся обратно и, увидев темную точку, поднимающуюся ввысь, с мрачным злорадством прыгнул с дорожки в сторону.
Проснулся Волков от дикого холода. Печка естественно не могла обеспечить тепло на всю ночь и к утру температура в палатке вполне сравнялась с той, что была наружи. Полковник нащупал рукой лежащую около себя куртку и натянув ее прямо в спальнике вышел наружу с целью развести костер и хоть немного согреться. Однако когда он вышел костер уже горел, а сидевший около него Жиба старательно его раздувал. Протянув руки к огню, Волков присел рядом.
- Рановато вы проснулись – Жиба с хитрецой посмотрел на полковника – все остальные еще спят.
- Думаю, что пора их уже будить. Если мы хотим дойти к вечеру до указанного вами поселка, то надо торопится.
- Как скажете – пожал плечами Жиба и оглушительно засвистел. Через минуту после этого в палатках раздался шорох, и из клапанов показались заспанные лица участников экспедиции.
- Что-то случилось? – доктор Коротков, подслеповато шурясь без очков на утреннем солнце посмотрел в сторону сидящих у костра.
- Да. Пора вставать завтракать и идти вперед. До вечера мы должны дойти до поселка.
- Ну надо так надо… Поля, подъем! Вставай, соня! – Вскоре из палаток вылезли и остальные члены группы и усевшись около костра быстро съели приготовленную Жибой лапшу, в которую Волков добавил тушенки, несмотря на все протесты уйгура, протестовавшего против такого варварства. На удивление Жибы многие не только съели эту стряпню, но и просили добавки, что уйгур обиженный на испорченную еду отнес только на счет того, что все просто страшно голодны.
Убрав палатки, экспедиция двинулась дальше, забирая немного к северу, пока не вышла на еле заметную тропинку, которая и вела к пастушескому поселку. Вскоре им попался первый ледник и, перевязавшись тросом, они медленно начали восхождение пропустив вперед опытного в горных восхождениях Бортко, а сзади поставив, для страховки, Короткова. Если не считать, нескольких поскользнувшихся на льду людей, ледник преодолели вполне успешно и когда в горной расщелине показались крыши домов поселка, все, несмотря на страшную усталость от перехода, сразу задвигались бодрее, надеясь поскорее дойти до тепла и домашнего уюта.
Когда часы на руке Волкова показывали девять вечера, путешественники, наконец то вошли в поселок, показавшийся им после голых скал и льда просто оазисом цивилизации.
Дома были расположены в два ряда вдоль единственной улицы, по которой вместе с людьми, судя по количеству навоза, также свободно ходил и домашний скот.
Дойдя до дома старейшины, определенный Жибой по каким то, одному ему ведомым признакам, группа остановилась, ловя на себе настороженные взгляды местных жителей, с неодобрением смотрящих на вооруженных людей.
Сделав приглашающий жест Волкову, Жиба вместе с ним зашел в дом и, поклонившись сидящему посреди комнаты старику, пьющему чай, быстро и отрывисто заговорил, поминутно оглядываясь и указывая на Волкова. По завершении монолога уйгура старик долго и внимательно разглядывал Волкова, после чего сказал несколько коротких фраз и продолжил свое чаепитие, видимо совершенно потеряв интерес к посетителям. Еще раз поклонившись ему, Жиба сделал Волкову знак выйти на улицу.
- Ну и каковы результаты? – спросил полковник, когда они очутились снаружи.
- Лучше некуда. Почтенный Хэкай разрешил нам отдыхать в поселке сколько нам потребуется и мало того, даст опытного проводника который доведет нас до Пещер Праведных кратчайшей и самой безопасной дорогой.
- Отрадно это слышать. В таком случае завтра с утра пусть он будет готов. Я не намерен здесь долго задерживаться.
Расположившись в предоставленном им доме, немного тесноватом для семнадцати человек, но тем не менее вполне теплом и уютном, путешественники наскоро перекусили и стали готовится ко сну. Проводник, которого звали Айнар, договорился с Жибой, что он зайдет за ними на восходе, чтобы успеть попасть к цели назначения засветло.
Волков, даже когда уже все уснули, лежа молча смотрел в потолок, анализируя происходившее с ним за последнее время. Особенно не давали ему покоя сны, не меняющиеся в обстановке и участниках, но имеющие развитие во времени и становившиеся все четче и красочней по мере приближения к горам. Успокоив себя, в конце концов, тем, что просто это следствие сна на свежем воздухе, ибо никакого другого объяснения он придумать и не смог, Волков, наконец-таки, заснул.
На этот раз он уже совершенно четко знал, что будет делать.
Подойдя вплотную к сидящему старику, он тронул его за плечо. «На этот раз я поведу тебя!» И крепко взяв его за отворот рукава, начал восхождение. Старец покорно шел за своим молодым спутником, не проявляя ни малейшего намерения к сопротивлению. Отсчитывая шаги по ударам сердца, Волков, наконец, поравнялся с тем местом, на котором он, столь самонадеятельный, провалился бы вниз, если бы не старик. «Теперь веди меня дальше сам! Я все же пройду до конца, что бы это мне не стоило!» Волков, без труда подняв в воздух легкого, словно ребенок старика, поставил его перед собой и жестом предложил ему двигаться вперед. Старик улыбнулся и сделав какой то знак пальцами, растворился в воздухе. «Ну и черт с тобой! Я дойду сам!». Упрямо склонив голову Волков молча пошел вперед, и шел до тех пор, пока под его ногами не развернулась бездна…
Айнар постучал в дверь хижины на рассвете, как и договаривались. Пять минут на сборы, десять на быстрый завтрак и уже в половине седьмого экспедиция выступила вперед.
Пастух не отягощенной никакой хитрой амуницией, лишь имевший при себе длинный посох, вел их вперед, какими то одному ему известными тропами. Там, где даже завзятые альпинисты Бортко и Коротков дружно признавали отсутствие какого либо пути, он неожиданно находил узкую тропку, причем шел по ней совершенно спокойно, терпеливо ожидая пока обвязавшись тросами члены группы сцепкой пройдут особо опасные участки. Ближе к часу дня проводник остановился на одной из ровных площадок, и сказав несколько фраз Жибе вытащил из каменной расщелины ворох хвороста.
- Он предлагает сделать привал и поесть. – обратился тот к Волкову. – Здесь у местных пастухов место стоянки – добавил он, предвосхищая вопрос, откуда появился хворост.
Вслед за хворостом появился казан и, набросав туда снега, Айнар занялся приготовлениями пищи. Помогать ему вызвались Найденов и Полечка. Остальные же члены группы разбрелись по площадке и занялись кто чем.
Когда неприхотливый обед из все той же вездесущей лапши и чая, скрашенный несколькими банками консервов был закончен и экспедиция уже собиралась продолжить путь, на площадке появился один из местных жителей и подойдя к Жибе начал горячо что то ему рассказывать. По мере этого лицо уйгура становилось все мрачнее и мрачнее.
- Что он говорит - увидев пантомиму Жибы Волков подошел к нему.
- Ничего хорошего. В поселок пришел отряд китайских солдат они спрашивали о нас. По-видимому, ничего хорошего нам ожидать не приходится. К тому же он сказал, что другие пастухи видели солдат и в других местах этого района. По-видимому, на нас устроили целую облаву. Что будем делать? – Волков закрыл глаза. С самого начала пути он опасался пристального внимания со стороны китайских властей, и вот его опасения начали сбываться. Понимая, что времени у него мало и решение надо принимать немедленно, Волков взвесил все обстоятельства. Путей было несколько: первый, из приходящих на ум состоял в том, чтобы прорываться через Тянь Шань в сторону советской границы, хотя полковник и не был уверен, что все его люди выдержат такой переход.
Второй же, хоть и более безопасный, но позорный, был в том, что просто не предпринимая ничего, как будто они ничего и не знали продолжить путь к пещерам и позволить себя схватить солдатам. Официально оформленной экспедиции, пусть даже и подозреваемой в чем-то ничего не грозило. Максимум это высылка из страны, ничего, всегда можно будет послать и еще одну, пусть и нелегально, через границу, пусть и в другом составе, но ничего трагического в этом не было. Единственное, что на карьере Волкова с того момента можно было бы поставить жирный крест.
Однако, совершенно несогласный на это, он выбрал еще один, сомнительный по надежности, но, тем не менее, единственно устраивающий его план – поскольку в дальнейшем для основной цели экспедиции Найденов, его аспиранты, Полечка, а так же, возможно, коротковские лаборанты и люди Бортко не представляли особой необходимости, то он решил отправить их обратно в деревню. В конце концов, китайцы навряд ли точно знают количество людей в группе, а если и выяснят, то во-первых, на это уйдет какое то время, за которое Волков рассчитывал уже добиться цели, а во-вторых, если начнут спрашивать где недостающие люди, всегда можно сказать, что они по неосторожности погибли на ледниках.
Сам же Волков, сократив основную группу до минимума, продолжит путь к пещерам, после чего станет уходить на северо-запад, в сторону Казахстана.
Собрав участников группы полковник вкратце объяснил им свой план.
- Вам необходимы с собой эти молодые люди, Василий Дмитриевич?- кивнул он в сторону лаборантов.
- Хм, вообще то аппаратура которую они несут, должна значительно мне помочь, при фиксации биополей, но, в принципе, если это необходимо, я могу обойтись и без нее.
- Отлично. Тогда аппаратуру уничтожить, а вы присоединяетесь к остальной группе которая возвращается. Вперед до пещер пойдем я, Василий Дмитриевич, майор Бортко, один из его людей на всякий случай, и проводник. Главным в уходящей группе назначаю вас. Кирилл Александрович. – Найденов захлопал глазами и имел такой вид, будто бы сейчас расплачется.
- Значит, вы уходите без нас? Бросаете на произвол судьбы, да? Хотя у нас всегда так, на пути к великой цели жизнь людей имеет второстепенное значение.
- Дорогой Кирилл Александрович, - Волков переминался с ноги на ногу, чувствуя, что эта полемика только сокращает драгоценное время, которого и так было мало. – Вы не понимаете, что в данной ситуации это единственно безопасный для вас вариант. Я не могу вас взять с собой, поскольку не уверен, что вы выдержите длительные горные переходы которые нам предстоят. В общем, у меня нет времени обсуждать это с вами. Если угодно, это приказ. – Развернувшись к нему спиной, показывая, что разговор окончен, Волков махнул рукой уходящим с ним, двинувшись вперед.
- Я иду вместе с вами- подбежавший к нему Жиба пошел рядом. – У китайцев я и так давно на подозрении, а если они увидят меня вместе с остальными, то мне, в отличии от ваших людей точно не жить. Лучше пусть я замерзну в горах, чем попаду в лапы китайской контрразведки. К тому же теперь, когда Найденов ушел вниз, вам нужен будет переводчик для общения с монахами, так что сами видите, без меня вам никак не обойтись– Волков молча кивнул головой, признавая обоснованность аргументов уйгура, и маленькая группа зашагала вперед.
Глава 13
- Долго нам еще? – Тяжело дыша Волков, остановился перевести дух. Коротко спросив чего-то у проводника, Жиба кивнул в ответ.
- Вихара находится за этим перевалом. Он говорит, что мы дойдем за два часа, если не будем мешкать.
- Хорошо, вперед. – Штурм последнего перевала давался с особенным трудом, к накопившейся физической усталости, присоединилась усталость моральная. Находясь на пороге достижения заветной цели, Волков как-то смутно ощущал в себе некие изменения, суть которых не мог уловить до конца, но, тем не менее, чувствовал их важность для своего дальнейшего существования.
Спустившись в открывшуюся перед ними расщелину, проводник повел группу по длинному извивающемуся коридору, образованный двумя скалами, пока они не вышли на небольшую площадку, в правом углу которой зияло черное отверстие входа в пещеру.
- Как я понимаю, мы у цели, Сергей Петрович? – Коротков тяжело утер пот со лба. Проводник подошел к расщелине и, достав там факел, чиркнул спичкой. Стоя с ним около входа, он приглашающе махнул рукой и пошел вглубь пещеры.
- Мда, милейший Кирилл Александрович был бы явно в восторге от этого. – Осматривая в колеблющемся свете факела стены коридора украшенные фресками на буддийские мотивы, Коротков пытался своим независимым видом и язвительными замечаниями скрыть растущее волнение. Внешний коридор вскоре закончился, и они попали в большую залу, в которой природа создала естественные украшение из известняка, которые трудолюбивые руки отшлифовали до идеала, создав из причудливых наростов и колонн композицию могущую поспорить по красоте со многими рукотворными храмами.
Остановившись посередине залы, проводник тронул рукой свисавший с середины известняковой арки колокольчик, издавший мелодичный перезвон.
- Вы готовы к общению с монахами? – Жиба внимательно посмотрел на Волкова, лицо которого ничего не выражало, несмотря на внутреннюю борьбу, происходившую у него внутри. Внимание Волкова полностью привлек сюжет, изображенный на одной из стен фресок, где на фоне горных вершин фигура в желтом одеянии воздевала руки к небесам. Чем дольше полковник смотрел на нее, тем больше ему казалось, что он погружается свои сны.
- Что вы сказали? – спохватился он – Ах, да. Готов, конечно. Было бы глупо пройти такой путь, стольким пожертвовать стольким, чтобы оступиться у самой цели, не так ли? – Жиба пожал плечами.
- Тогда будьте предельно внимательны. Сейчас придут привратники. Айнар, конечно, охарактеризует им нас с лучшей стороны, но это лишь первое впечатление. Все будет зависеть от того, что именно вы скажите им, насколько сумеете убедить в чистоте своих помыслов. Волков уже набрал воздуха в грудь, чтобы ответить, когда из дальнего конца зала вышли двое бритых наголо человека в шафрановых рясах и молча застыли в нескольких метрах от проводника. Поклонившись им и прижав руку к груди, Айнар заговорил, не отрывая глаз от монахов и, чем поразил Волкова, ни разу не взглянув и не кивнув в их сторону. Закончив свою речь, пастух сделал шаг в сторону, как бы приглашая остальных подойти поближе. Волков выступил вперед и посмотрел на стоящих перед ним.
- Переводите – бросил он Жибе – Мы пришли сюда с миром и наша цель лишь выяснение истины. Мы ученые и нам важны знания великих мудрецов древности, которыми, как мы слышали, вы обладаете. Нам нечего предложить вам в замен, потому что мы сами беглецы, за которыми гонятся китайские солдаты. Мы просим у вас сострадания и понимания того, что лишь достижение высшей цели в этой жизни – выяснение Истины, важно для нас. Я не хочу долго говорить, полагаюсь на вашу мудрость и лелею надежду, что вы с пониманием отнесетесь к нам и нашему скромному труду во благо всех людей. – Окончив эту речь, Волков закрыл глаза, ожидая ответа монахов, однако и по прошествии пяти минут после его слов, они хранили абсолютное молчание. Волков приподнял веки и увидел, что оба стоящих перед ним все также внимательно смотрят на него, будто бы ожидая еще чего-то. Полковник вопросительно посмотрел на Жибу, но тот лишь недоуменно пожал плечами. Волков медленно расстегнул ремень с амуницией и сложив все к ногам, в одной куртке, намеренно расстегнутой, что бы привратники видели отсутствие под ней, каких либо могущих нанести им вред предметов, разведя в руки в стороны, открытыми ладонями к монахам, сделал три шага вперед.
Далее, повинуясь появившемуся откуда то наитию, он сел прямо на пол, скрестив под собой ноги. Не сговариваясь, как по команде, оба стража входа также опустились на пол, внимательно смотря на полковника. Пытаясь и дальше следовать нахлынувшему на него чувству, Волков с силой зажмурил глаза, ожидая, что дальнейшая последовательность действий придет сама. Перед его внутреннем взором появилась пещера, однако наблюдал он ее почему то из дальнего верхнего угла. Дав себе команду, он моментально сделал полукруг и смотрел на себя уже из-за спин сидящих монахов, на свое лицо, остававшееся совершенно безмятежным, несмотря на чудовищное напряжение внутренних сил. Внезапно он увидел сконденсировавшуюся за его спиной фигуру в желтом одеянии, в которой он немедленно узнал старика из своих снов. Дружелюбно ему улыбнувшись, тот начал чертить в воздухе какие то знаки, и Волков, глядя на них и отдавая приказы своему физическому телу, взяв в руку лежавший перед ним обломок известняка начал чертить те же фигуры на полу. Сделав последний штрих пальцем в воздухе, фигура растворилась также неожиданно, как и появилась, а Волков, силы которого были уже на пределе, мокрый от напряжения, завалился на бок, рядом с начертанными им иероглифами и потерял сознание.

«Ты помог мне. Зачем?» Старик, не отрывая взгляда от гор, взмахнул рукой, и они оказались в абсолютной темноте, которую перечеркивала уже знакомая светящаяся нить. Стоя немного впереди он выжидающе смотрел на Волкова. Глядя в его гипнотизирующие глаза, полковник стал медленно подниматься к нему, преодолевая некое сопротивление которого раньше не замечал. Когда он приблизился почти вплотную, Волков сам не понимая зачем, протянул вперед руку. Старик протянул свою в ответ. Расстояние разделяющее их пальцы было не более десяти сантиметров, однако сопротивление которое испытывал Волков в продвижении вперед, стало поистине чудовищным. Напряжением всех сил, он смог отвоевать еще пару сантиметров, когда незримая преграда впереди не стала совсем непреодолимой. Практически ощущая протянутую ему ладонь, он дико закричал и рванувшись вперед, ощущая как рвутся сухожилия и выламываются кости из суставов, схватил руку старика, прежде чем успел почувствовать, что начинает падать вниз…. <
Глава 14
- Как вы, Сергей Петрович? – Открыв глаза, Волков увидел перед собой склонившееся к нему лицо Бортко.
- Мы внутри пещер? – Бортко кивнул.
- Да, после того, как вы неожиданно потеряли сознание, монахи подняли вас и понесли вовнутрь, причем Жиба уверяет, что исключительно из-за написанной вами надписи, а не из-за вашего состояния. Кстати, а вы что, знаете китайские иероглифы?
- Нет, подсмотрел надпись на одной из фресок, - соврал первое, что пришло ему в голову Волков – долго я лежал без сознания?
- Часов пять. Мы тут уже, некоторым образом, обжились. Доктор Коротков через Жибу вовсю обсуждает что то с монахами, хотя я, честно говоря, и не понимаю, что физик может обсуждать с служителями культа… - Не объясняя сущность изысканий Короткова, Волков приподнялся на локте и попытался встать. Ноги предательски дрожали и слабость волной расходилась по телу, но, тем не менее, опираясь на плечо Бортко, он пошел к выходу из кельи, в которой лежал.
- Отведите меня к Короткову и Жибе, я хочу узнать, что им удалось узнать.
Когда Волков с Бортко вошли в залу, Василий Дмитриевич, оживленно листая найденовский перевод «Пути», через Жибу наседал на одного из сидящих перед ним полных невозмутимости монахов, яростно черкая, что-то в переводе карандашом.
- Как ваши успехи, Василий Дмитриевич? – Отпустив плечо Бортко, полковник присел рядом.
- О, Сергей Петрович! Как же я рад вас видеть, дорогой мой! Все просто замечательно! Я тут за то время пока вы спали, успел о многом с товарищами поговорить, но, - тут Коротков внушительно поднял палец вверх – по-видимому, главное нам скажет сам настоятель этой горней обители. Но он хотел общаться именно с вами, видимо как с главным в группе, наотрез отказываясь разговаривать без вашего участия.
- А где настоятель? – по телу Волкова пробежала волна предвкушения окончательной разгадки, изгоняя из тела слабость.
- Хм, я, откровенно говоря, не знаю, но думаю это довольно просто выяснить. Жиба, голубчик, не могли бы вы передать нашим друзьям, что наш начальник уже в порядке и хотел бы поговорить с настоятелем. – Жиба с сомнением посмотрел на белое лицо Волкова, однако перевел монахам просьбу Короткова. Поклонившись, один из них встал, и удалился. В комнате повисло ожидание, которое Коротков пытался разбавить кипучей деятельностью, пытаясь и дальше теребить монахов, однако было видно, что и у него мысли сейчас обращены в другую сторону.
Минут через десять вернулся монах и молча предложил следовать за ним. Пройдя через несколько пещерных залов, они очутились на пороге небольшой комнатушки, выдолбленной прямо в монолите скалы. Приглашающе склонив голову, монах пропустил членов группы вовнутрь и закрыл за ними дверь.
Сидевший перед ними человек мало походил на настоятеля в том плане, как его себе представляли путешественники. По крайней мере в пещерах им встречались и более старые и , как логично делал вывод Коротков, более мудрые. Настоятель же оказался мужчиной лет пятидесяти, с цепким и умным взором, сразу же выделившим Волкова из числа остальных.
- Что привело вас сюда, и откуда вы знаете знак Открытого входа? – перевел Жиба.
- Я уже говорил вашим людям. Мы пришли за знаниями. У нас нет мыслей вредить уважаемым монахам.
- А откуда вы знаете знак – повторил свой вопрос настоятель.
- Он явился мне в мыслях – просто сказал Волков, хотя прекрасно понимал, что подобный ответ вряд ли может удовлетворить. На удивление, услышав ответ, настоятель оживленно закивал и указал на изображенный за его спиной иероглиф.
- Вы пришли сюда узнать о Пути, что именно вы хотите знать?
- Все… Вернее, как можно больше. Поверьте, если эти знания попадут из дальнего горного монастыря к людям, то мир станет счастливее! – Монах с удивлением посмотрел на Волкова и покачал головой.
- Он говорит, что даже он сам не знает о Пути все, иначе бы уже ушел на плато Восхождения…
- Плато Восхождения? – Волкова пробрала дрожь при этих словах.
- Да, в двух километрах от монастыря расположена скала с плоской вершиной, на которую уходят монахи, чтобы сбросив путы своей плотской оболочки уйти по Пути…
- А там сейчас нет… никого? – внутренне замирая спросил Волков – услышав вопрос, настоятель еще более удивленно посмотрел на полковника
- Да, сейчас там находится предыдущий настоятель, который ушел туда около недели назад. Вскоре, в течении ближайшего дня он уже должен уйти.
- Это именно тот, кто нам нужен! – Воскликнул не сдержавшийся Коротков. – Сергей Петрович, вы должны… Нет, вы просто обязаны попросить монахов отвести нас к этому почтенному старцу. После ответа настоятеля у Волкова все поплыло перед глазами, но он нашел в себе силы кивнуть Короткову в ответ.
- Да… Мы хотели бы встретится с ним… Это возможно? – Глаза настоятеля глядели уже не с удивлением, а с жалостью.
- Путь на плато открыт для всех желающих, но пройти по нему сможет лишь сильный духом и чистый сердцем, любой другой просто погибнет при восхождении. Лично он сам бы не пошел сейчас туда – перевел Жиба.
- Ерунда, это просто предрассудки монахов. Я вполне допускаю, что путь на вершину довольно сложен, но чтобы опытные альпинисты не смогли туда забраться, я извините….
- Мы могли бы увидеть путь на плато? – не обращая внимания на тараторящего Короткова, Волков смотрел прямо на настоятеля. Тот пожал плечами и, встав с места, пригласил следовать за ним.
Выйдя с другой стороны, с которой пришла группа, настоятель показал рукой на возвышавшуюся поодаль скалу, вершина которой действительно как будто была срезана ножом.
- Хм, странно. – Бортко посмотрел на полковника. – Склон вполне ровный. Забраться по нему можно даже без альпинистского снаряжения, не понимаю, право, какие там могут быть сложности…
- Да говорю же вам, обычные предрассудки! Да я по такому склону хоть сейчас заберусь! Сергей Петрович, я вам официально заявляю, если вы меня не пустите, то я уйду сам, без всякого разрешения! - Коротков был готов ринутся на плато немедленно.
- Когда он говорит, бывший настоятель должен уйти по пути? – Обратился Волков к Жибе
- Он точно не знает, говорит, что это вопрос нескольких часов, максимум, что у нас есть, это сутки. – Волков еще раз посмотрел на скалу и кивнул головой.
- Хорошо, пол часа на сборы, мы выступаем туда.
- Да мне и десяти минут хватит! – Коротков ринулся внутрь пещер, даже не дожидаясь остальных, не замечая взгляда настоятеля лишь озабоченно качающего головой.
Глава 15
Через пол часа группа из Волкова, Короткова, Бортко и Жибы начало восхождение на скалу. Путь был ровным и гладким и казалось не представлял никакого труда поэтому когда половина расстояния было пройдено, Волков начал уже думать, что Коротков, по-видимому, был и не настолько не прав, когда говорил об обычных суевериях монахов. Прошло еще, по крайней мере, пол часа, прежде чем полковник начал ощущать некоторое беспокойство и неудобство в происходящем. Потребовалось еще минут десять, чтобы Волков понял, что его тревожит. Он совершенно не слышал никаких других звуков, кроме скрипа снега, под своими ногами. Даже шедший рядом с ним Жиба не производил ровным счетом никакого шума, хотя, уж звук то его шагов, должен был быть вполне различим.
Волков взглянул на уйгура, и прочел в его глазах такое же удивление происходящим. Жиба одними глазами кивнул назад и Волков увидел, что шедшие в нескольких метрах за ними Бортко и Коротков, двигаются так, будто бы им приходится прорываться сквозь некую весьма упругую субстанцию, при этом сам Волков никакого давления на себя не ощущал.
Прошло еще полчаса, когда Волков перестал различать и звуки своих шагов. Звенящая тишина навалилась на него, разрывая барабанные перепонки своим однотонным гулом. Волков остановился и заткнув уши руками обернулся назад. Он видел как катается по снегу Коротков, пытаясь унять разрушающий мозг звук, как еле двигается Бортко, стараясь подойти к физику, чтобы ему помочь. Они уже практически дошли до плато, оставалось не более двухсот метров по узкому карнизу вдоль скалы, чтобы выбраться на вершину. Превозмогая дикий свист, от которого темнело в глазах, Волков ступил на карниз и цепляясь руками за скалу осторожно пошел вперед, изыскивая непонятно где силы к тому, чтобы открыть глаза и смотреть вперед.
Внезапно за его спиной раздался дикий вопль. Полковник обернулся и увидел как падает вниз видимо не смогший более противится надвигающемуся безумию Коротков. Прошло еще несколько минут, и второй крик возвестил о том, что его примеру последовал и Бортко. Обернувшись назад, Волков знаками начал показывать идущему вслед за ним уйгуру, что бы тот возвращался обратно, не понимая даже зачем теперь, после смерти Короткова, он сам лезет на вершину. Жиба отрицательно помотал головой, являя собой страшный вид, от струек крови текших из носа и ушей, которые размазывались по лицу, превращая его в кровавую маску. Понимая, что его вид ненамного лучше Волков, тем не менее, провел ладонью по лбу.
Карниз уже заканчивался и перед ними открылся вход в галерею, которая вела на вершину, когда наполовину сошедший с ума Волков, которому уже стали являться галлюцинации, внезапно оступившись около входа, начал срываться в пропасть. Он закрыл глаза, подумав, что столько раз падая туда во сне наконец то он сделает это и наяву, однако, падение проходило уж совсем как то не обычно. Открыв глаза, Волков увидел, что его держит за пояс Жиба, вытягивая из последних сил наверх. Лицо уйгура, с размазанными потеками крови было похоже на маску безумного демона, оскалив в устрашающе безумной улыбке зубы, Жиба тянул полковника наверх, заливаясь беззвучным безумным смехом. Когда руки Волкова коснулись камней карниза и он начал подтягиваться чтобы вылезти самостоятельно, нога уйгура соскользнула с поверхности и все также беззвучно он рухнул в пропасть, пролетев в сантиметрах от полковника…
Эпилог
…Волков вылез на поверхность и упрямо двинулся по галереи вперед, к пятну света сверкавшему вдалеке. Неожиданно он стал замечать, что по мере продвижения вперед, терзавшая его какофония беззвучия отступает, а он сам уже не совсем Сергей Петрович Волков, полковник Комитета Государственной Безопасности, а становится кем-то иным.
На плато он вышел совсем другим человеком. Оглядев уже знакомые ему очертания площадки, он увидел впереди знакомую фигуру в желтой рясе.
Подойдя к старику вплотную и присев рядом, он посмотрел на него - на лице старого монаха появилась уже знакомая ему доброжелательная улыбка и, улыбнувшись в ответ, Волков сказал:
- Я пришел, учитель.
Москва, февраль - март 2004 г.

_________________
salva ipse quod satis vobis

Л.Н. Гумилёва спросили:
- Лев Николаевич, вы - интеллигент?
- Боже меня сохрани! Нынешняя интеллигенция - это такая духовная секта - ничего не знают, ничего не умеют, но обо всем судят и совершенно не приемлют инакомыслия


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 2 ] 

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
Создано на основе phpBB® Forum Software © phpBB Group
Русская поддержка phpBB